Деревенщина против мажора

Но самым странным персонажем общей картины дней стал Толик. Он каждый день приезжал на работу так рано, что когда Лида просыпалась и заходила на кухню, там ее ждал завтрак. Блюда всегда разные. Она успела попробовать легендарные яйца-пашот, какие-то хитрые омлеты, блинчики с кучей начинок и удивительные фруктовые муссы.

Пять дней какого-то фантастического непонимания, но все-таки приятно, когда о тебе заботятся. Тем более Анатолий больше никак не проявлял симпатию. Он не пытался касаться, не подходил так близко, как тем утром, когда их застал Кент.

Это подкупало.

А Кент? Постоянно торчал в своей комнате, делая вид, что готовится к защите диплома. Пару раз Лида, проходя через его этаж, слышала звуки, ну совсем не соответствующие процессу. Слишком много женского удовольствия, и мало слов «Уважаемая комиссия».

Пятница началась как обычно – с завтрака от Толика – улыбающейся яичницы и бекона.

– Ты меня балуешь, – благодарно кивнула Лида, отпивая немного свежевыжатого апельсинового сока.

 – Я в состоянии сама приготовить себе завтрак.

– Мне несложно. Тем более что последние дни у меня дикая бессонница, – улыбнулся от уха до уха повар.

– Бессонница?

Смерила его пристальным взглядом. Нормальный пышущий жизнью мужик, даже синяков под глазами нет. Не похож он на жертву бессонницы, с какой стороны ни посмотри.

– Думаю ночами об одной девушке, – хитро прищурил карие глаза и достал из ящика розу. Настоящую живую розу с острыми шипами и бордовыми лепестками.

 – Пойдешь со мной на свидание в воскресенье? Я узнавал у Фаины, ты выходная.

Лида подавилась яичницей и закашлялась, удивленно разглядывая цветок. Ей никогда их не дарили. Как-то не сложилось ни с кавалерами – те выгуливали девушек по полям с живыми цветами; ни с восьмым марта на работе – там предпочитали выписывать премию.

– Я не знаю, – ляпнула и чуть не прикусила себе язык.

Что она несет? Вот дура. Ее впервые вот так приглашают, еще и ухаживают. Кожей чувствовала, что все не просто так.

Не стал бы мужчина приезжать за час до начала рабочего дня ради того, чтобы накормить женщину, к которой ничего не испытывает. Точно не стал бы.

Посмотрела на Толика с розой другими глазами. Высокий и в меру красивый. Он источает мужественность и какую-то притягательную внутреннюю силу. Глупо отрицать, что часть Лиды хочет к ней прикоснуться, попробовать на вкус. Таких породистых мужчин, как Толик, в деревне почти не осталось.