Миражи счастья в маленьком городе

Жанна отрезала свою толстую смоляную косу, и ее новая прическа напоминала Маринину. С непривычной копной на голове, она сидела неестественно прямо и неподвижно и не оборачивалась.

А вот большой, красный от загара Фольц поминутно ерзал, вертелся, прятал глаза, краснел еще больше, злился на себя за это и наконец зашептал почти вслух, сложив ладони рупором:

– Да Жанка придумала, а мы как дураки! А я говорил: заехать чужакам в морду, и дело с концом.

Рафаэль часто и беспомощно моргал, а встретившись глазами с Мариной, тут же красноречиво указал глазами на Жанну.

Марина рассерженно вспыхнула, что означало: да хватит сваливать все на нее! Рафаэль, тыча в себя пальцем, начал выразительно прикладывать к уху воображаемую телефонную трубку, а потом отчаянно развел руками. Да, звонить Марине в эти дни было бесполезно.

После долгой паузы Рафаэль несмело поднял ресницы. Марина смотрела выжидающе. Конечно, никаких особых прав у него нет, но вдруг он их сейчас заявит? Болтала же Кларисса, что они все в Марину влюблены.

Но Рафаэль робко указал на тетрадочку: «У меня есть новые стихи». Марина чуть не рассмеялась и махнула рукой: давай сюда. Рафаэль возликовал и кокетливо подал тетрадочку.

Тут ее ткнули сзади и подали записку. Это был квадратный листок в клетку, весь без пробелов заполненный четкими печатными буквами, которые не складывались ни в какие слова. Марина достала из-за обложки дневника такой же бумажный квадрат, но с прорезями и, накладывая его на записку, начала читать.

Этот способ шифровки они с Артуром ввели в обиход, когда выяснилось, что их записки попадают в руки неприятеля.

«Марин, не сердись, – писал Артур. – Все получилось спонтанно. Мы видели, что Жанка сама полезла в лодку, только у нас от обиды мозги затуманились. Мы с мамой привезли новые фильмы, и «Властелина колец» вторую часть, «Две башни». Давай у тебя посмотрим, как всегда. Если хочешь».

Марина оглянулась и с улыбкой кивнула. На душе у всех четверых потеплело, все одинаково чувствовали, как с нее свалилась небывалая тяжесть.

Но мир и покой были еще неполными.

Если хочется – значит, можно

На перемене Жанна подошла к Марине и с вызовом сказала:

– Все устроила я. Я разозлилась на тебя и всех подговорила.

Когда она высказала все, что должна бы выслушать, Марина растерялась. Жанна рассказывала о своем разговоре с Рафаэлем, Артуром и Рудиком, о том, как дружно они осудили Марину, как возмущались и, наконец, решили ее проучить.