Фокус – покус – караул!

Мы с Костиком снова эту лужу перепрыгнули, а Шурочка прямо так по ней пошла. Я аж обалдел! И как закричу:

– Ты чего её не обошла?!

– Так я же всё равно мокрая, а там крапива, чего мучится-то?

А Костик снова ухахатывается: конечно, ему весело – он сухой и чистый.

Доковыляли мы. Бабушка, как раз калитку запирала, к тёте Кате собралась. Нас увидела, руками всплеснула и говорит:

– Это что такое?!

Ну Костик и рассказал, как всё было.

– Придётся тебе, Шурочка, дома остаться, – говорит бабушка, – туфли ты компотом облила, я их только отмыла, они ещё не высохли.

– Я не виновата, что мама не дала ещё какие-нибудь туфли! – захныкала Шурочка.

– Зачем же набирать туфель, если ты на два дня приехала. – сказала бабушка.

– Я так хочу жеребёночка посмотреть, я очень хочу! – не сдавалась Шурочка. – Ну пожалуйста! У меня ещё тапочки есть.

– Ну уж нет, в тех тапочках только дома сидеть! – строго сказала бабушка. – Иди, Серёжа без неё, только помойся сначала.

Я сперва обрадовался, что Шурочка с нами не пойдёт: не очень-то я люблю с девчонками нянькаться, но потом мне стало жалко её, она же так мечтала жеребёнка посмотреть.

Ну я и ляпнул не подумав:

– Может, ей мои старые кеды дать или сандалии?

Эх, я же не догадывался, что из этого выйдет…

– Ладно, – вздохнула бабушка, – сейчас поищу что-нибудь.

Бабушка пошла в сарай, Костик пошёл подсолнух наш лузгать, а я – в душ. У меня даже на зубах песок скрипел, во как окатила добрая Шурочка!

– Батюшки, это зачем же вы так чудно кеды примотали? – изумилась бабушка, воюя с Зинкими узлами.

– А это Зина, – говорит Шурочка, – прибежала специально.

– Ну, если Зиночка, сказала, так и надо делать, – говорит бабушка. – Она редко ошибается. Вон в тот раз тёте Маше сказала кошелёк вынуть из сумки и в карман куртки спрятать. Хорошо послушалась и спасла кошелёк! Пришла тётя Маша с базара и ахнула: воришки ей сумку разрезали, кошелёк хотели, да не нашли.

– Жаль в этот раз не помогло, – вздохнула Шурочка. – Я всё равно не смогла лужу перепрыгнуть.

– Ну что, не жмёт? – спросила бабушка, застёгивая на Шурочке мои старые сандалии.

– Совсем не жмёт, – заулыбалась Шурочка, – даже очень просторно: застёгнутые, а всё равно сваливаются.

– Это самые маленькие из всего что было, – сказала бабушка, – шибко не бегай, тогда не свалятся.

И мы снова отправились к дяде Ивану.