Когда не ждешь

Сейчас зафиксируем и поедем к Максу, хорошо?

В голове возник вопрос, причем здесь Максимилиан, но ноющее запястье заставило забыть о нем. Позволив парню отвести себя в дом, я старалась дышать глубже. И почему же я такая невезучая?

– Отличная новость, – сказал Макс, рассматривая мой рентгеновский снимок. – Перелома нет. И плохая новость. Растяжение ладьевидной связки второй степени.

Я кинула взгляд на свое распухшее правое запястье, на котором держала мешочек со льдом.

– Но не волнуйся, – мужчина развернулся ко мне и ободряюще улыбнулся.

 – Это лечится. Сейчас наложим лангету. Но для начала нужно сделать еще кое-что.

Сев рядом, он взял мою правую ладонь и начал смешать ее в направлении к внутренней поверхности предплечья. Послышался щелчок, а боль стала сильнее. Я стиснула зубы. Макс же аккуратно положил мою конечность на стол и встал.

– Ну вот, – он осторожно просунул мою руку, запястье которой уже стягивала лангета, в шейный бандаж и вновь приложил холод. – А теперь слушать и запоминать.

Полный покой и лед – твои лучшие друзья. Последнее только на сегодня. Завтра уже можно и нужно применять противовоспалительные и усиливающие регенерацию тканей местные средства, – он вернулся за письменный стол и взялся за ручку. – Зайдете с Демьяном в аптеку. Так же я пропишу таблетки. Если боль не будет спадать или усилится – примешь.

– Спасибо, – я выдавила из себя подобие улыбки, пересаживаясь на стул напротив. – А когда…

– Где-то через десять дней можно будет начать постепенную реабилитацию.

А до этого времени – покой. Не бегаем, не падаем, на руку не опираемся, – стержень ручки запорхал по бумаге с печатью. – Придешь ко мне на прием двадцатого апреля. Держи, – он протянул рецепт.

– Спасибо.

– И не вешай нос, – Максимилиан выдвинул ящичек стола. – Надеюсь, ты любишь сладкое.

Я невольно рассмеялась, когда увидела два чупа-чупса.

– Только не говори никому, – заговорщически зашептал мужчина, передавая один мне. – Я их обожаю. Именно поэтому мои лучшие друзья – стоматологи.

В этот момент дверь в кабинет распахнулась.

– И чего это я должен торчать в коридоре? – спросил Демьян, прошествовав в кабинет. – Я же родственник, как-никак.

– Скорее, никак, – нахмурился Макс. – И Анна Юрьевна моя пациентка, поэтому присутствие третьих лиц…

– Лучше скажи, что не хотел, чтобы я видел твою всепоглощающую любовь к чупикам, но о ней знают все. Так что, какая разница? Смотрю, ты и Киндера в свою веру обращаешь.