Лесная сказка

Ее собственный мир исчез. Враждебная гнетущая среда заполнила ее изнутри. Не осталось ни чувств, ни мыслей. Прежде стоило представить места, где она была счастлива, – и это всегда помогало, но теперь, наоборот, воображаемые цвета, яркие краски резали по живому. От Лизы остался только организм, который лежал на диване и не знал, как правильно существовать в незнакомом измерении, как внутренне себе помочь.

Какое-то время она оставалась растением. А первая картина, которая возникла в голове и оказалась не мучительной, – зимний черно-белый лес, и она бредет на лыжах.

Лиза не стала отгонять ее и осторожно продолжила идти по этому нейтральному, бесцветному, застывшему лесу. И это было почти хорошо. И она осталась в черно-белом мире – хоть что-то вместо пустоты.

А специалисты сказали прямо противоположное ироничной даме. Что все запущено, что «пропустили» – как старшая медсестра о безнадежном Толике.

– В общем, пациент скорее мертв, чем жив.

– Погодите, – заволновался Леонид Борисович.

 – А на основании чего? С какой стати делать такие выводы? Какое они предложили обследование? Эхограмму, мониторинг…

– Всё делали, – отозвалась Лиза. – Я так рада хотя бы такому состоянию – я ведь уже и на людей реагирую с их разговорами, и выгляжу почти нормально. Уже читать могу. Понимаю, что теперь это в прямом смысле мертвому припарки, но гуляю каждый день в любую погоду, по вашим заповедям, – смотрите, вот шагомер. Кофе пить бросила.

– Теперь вы вспомнили о заповедях. – В речи доктора проскользнули сварливые нотки.

 – И о шагах, и о бассейне. А до этого небось сидели сиднем в каком-нибудь офисе да волновались по пустякам, из-за каких-нибудь пустых мальчишек! А теперь похоронили себя заживо! Что это еще за мрачное одеяние? Раньше как выглядели замечательно – цветочки, грибочки… С какой стати, я вас спрашиваю? Куда вы вообще обращались? Мало ли где еще можно показаться! У меня сын работает в очень приличной клинике. Ну-ка, дайте-ка я вас послушаю еще раз с нагрузкой. Походите по комнате… или спуститесь и поднимитесь по лестнице.

Внизу уже сидел читатель «Коммерсанта». И что он только будет делать, когда у газет начнутся каникулы? Лиза спустилась, поднялась, опять спустилась, поймала удивленный взгляд Логинова. Наплевать.

– Ага, так-так… Ну, теперь я узнаю свою Лизу, которая никогда не плачет и не боится уколов. Послушайте, – проговорил Леонид Борисович, выходя из комнаты, – главное – прекратить вешать нос.