Ангелы, демоны, странники. Роман

После каждого такого путешествия рождались новые стихи. Прекрасный лунный мир затягивал молодого поэта.

Однако Альберт ждал, когда же, наконец, займет достойное себя место не только в мире снов.

7

– Деда, а вот почему все говорят: на Сумрачной – всегда грустно, скучно, тучки солнышко закрывают? – спрашивает кудрявая девочка в веснушках у величавого седобородого старика. – А мы, как не пойдем сюда – все солнышко светит.

– А это потому, что мы с тобой – Солнычёвы, солнечные мы, значит, – улыбается дедушка.

– И мама с папой Солнычевы?

– Да.

– И я Солнычева?

– Конечно. Ты, Агаша, наше маленькое солнышко! С тобой везде светло и радостно.

Глава 3

Натуральная блондинка

Лиза не была уже для Эраста сим ангелом непорочности, который прежде воспалял его воображение и восхищал душу.

    Николай Карамзин. Бедная Лиза

1

И в бурные девяностые выдавались иной раз тихие вечера, когда предзакатное солнце золотит кроны деревьев и крыши домов, а в воздухе разлит запах жасмина и смешанная с ним безмятежная радость бытия.

В городском парке играла музыка. Неважно, какая. Предположим, какая-нибудь популярная тогда песенка – из тех, что забываются через пару дней. По аллеям вокруг сломанного фонтана прогуливались горожане, пытавшиеся в воскресный день забыть о повседневных заботах своего непростого времени.

Среди всех выделялся один эффектный чернобровый красавец в «вареных» джинсах и черной футболке, красиво облегавшей его стройную фигуру. Он никого не замечал вокруг. Шествовал такой царственной походкой, словно был владельцем и этого парка и всего города.

Молодого человека держала под руку не менее эффектная длинноногая девица с копной взъерошенных химической завивкой волос и яркими полосками румян на скулах, одетая в мини-юбку и широкий «плечистый» свитер.

– Алик, ну ты слушаешь меня? – тараторила девица. – Я говорю, что сексуальная революция избавляет людей от лицемерия. Согласен?

Однако ее самовлюбленный спутник в этот момент не удостаивал внимания даже свою подругу. Различал лишь, что речь как всегда шла о сексуальной революции.

Но Альберт являлся противником каких бы то ни было революций.