Привидение на просеке. Ведьма 0.5

Возвращаться к ежедневному безделью Петьке не хотелось, но Семён уехал куда-то в соседний район, и ничего не оставалось, как снова начать слоняться по деревне.

В середине дня Петька увидел Рину, но подойти к ней оказалось невозможным – рядом вышагивал Гришка. Петька обратил внимание на чуть покачивающуюся походку Маслова и брезгливо подумал, что этот отморозок снова пьян. Рину это, видимо, не смущало. Она улыбалась, и Гришка в ответ улыбался, будто хвастаясь дыркой от выбитого зуба.

Петька хотел было занять удобное место возле магазина, зная, что Рина пройдёт мимо, но на лавочке у тропинки к входу восседали четыре королевы Лукогорья: Старухи считали лавочку своим коллективным неприкосновенным троном, и каждый человек, оказавшийся поблизости, подвергался пристальному разбору и нелицеприятной критике.

Этого собрания побаивались даже Тихон и Михалыч, так что Петька решил остаться за кустами калины.

Рина направилась не в магазин, а к большому дому в глубине бокового переулка.

Гришаня широким жестом распахнул перед девчонкой калитку, и Рина впорхнула внутрь. В глубине двора заскрипела тяжёлая дверь большого сарая, который на памяти Петьки всегда стоял запертым.

Старухи немедленно оживились.

Шершовка высказалась по обыкновению резко и грубо:

– Во как теперь принято. Среди бела дня пришла, да и нырь в сарай. Ни стыда, ни совести. Городская пигалица.

Ильинишна сердито возразила:

– Коли так открыто пришла, так и умысла на что дурное нет.

Эмма Вольц высокомерно выдала:

– Какие вымыслы? Тут все факты налицо.

– А Кащеева дочка и не знает, что сиделка по чужим дворам шастает.

– Пойди, расскажи ей. Глядишь, благодарности дождёшься. Приласкает тебя злыдня словом добрым. Смотри, в инфаркт от её любезностей не запрокинься.

Шершовка прервала это отступление от темы:

– Болтаете ерунду, а хоть бы кто сказал пигалице про Гришку. Ударит ему хмель в голову, будем потом стенать, что беду не почуяли, не отвели.

Глебовна спокойно пояснила:

– Я ей всё рассказала. Если хмель куда и ударит – её проблемы будут. Знала, на что шла.

Ильинишна снова вставила свои пять копеек:

– А Ксанка-то и не чует, что муженёк лыжи налево вострит. Вот и верь паразитам этим двуногим. Ведь могла бросить дурака этого, уж сколько говорили ей – разведись, да живи свободно. Так нет, она его, видите ли, ждать будет. Дождалась, что и говорить.