Привидение на просеке. Ведьма 0.5

А в центре вечернего променада на угоре оказалась Ксанка, перегородившая дорогу Рине, только что загрузившей пару авосек в магазине:

– Эй, ты, сиделка! Ещё раз в сарае нашем тебя увижу – зашибу. Ясно?

Рина внимательно посмотрела на Ксанку, улыбнулась и простодушно призналась:

– Нет.

– Идиоткой не прикидывайся.

– А мне зачем прикидываться?

Лукавое замечание Рины заставило улыбнуться всех нечаянных свидетелей этого спонтанного выяснения отношений. Ксанка нахмурилась и сделала энергичный шаг вперёд.

Рина чуть отступила и быстро продолжила:

– Ты, Ксения, не сердись. Я по делам заходила. Гриша починил ходунки для Петра Борисовича. И отлично получилось. Так что твоему мужу спасибо огромное. Ну и бюджету твоему лишняя денежка ведь не помешает? Пётр Борисович не любит одалживаться, сразу заплатил за работу.

Красавица всплеснула руками:

– Ты дала Гришке денег?!

– А не надо было?

– Дура стоеросовая!

Вслед быстро убегающей Ксанке Рина состроила уморительную гримаску.

6. Жизнь в сундуке

Сегодня вышел важный деревенский приказ: о запрете таких магических явлений, как порча и сглаз. Уж лучше бы стихи про отечество. От разговоров об идейной перековке болотной отшельницы в комсомолку у меня разболелась голова. Та ещё порча, как оказывается.

Над Лукогорьем неторопливо проплывал циклон, усердно заливая огороды и поля, а заодно превращая деревенских жителей в затворников собственных домов. Старушки время от времени собирались по двое-трое в магазине, но ненадолго, ибо ноги не казённые, а сидеть внутри торговой точки можно было только на паре кривых стульев.

Толян засел за учебники, Санёк принялся зубрить что-то своё, и торчать возле друзей Петьке не было никакого резона. Задачки из учебников он решал быстрее Толяна, а на маету Сашки не мог смотреть без хихиканья, что только раздражало друга.

Предоставленный самому себе Петька решил исследовать чердак дома тётки. Экспедиции на чердак он проводил каждый год и не по одному разу. Увы, с каждым разом шансы найти что-то новое и интересное таяли, и мрачноватое тёмное пространство, некогда казавшееся бесконечным, превратилось в хорошо знакомую тесную свалку барахла нескольких поколений.