Будет так, как я сказал! Без вариантов!

Наоборот ты ворковала и даже…

– Заткнись!

– Ого! Даже так! Не очень вежливо с твоей стороны. Ты и в самом деле изменилась, раз так разговариваешь со старым другом.

– Ты мне не друг! – отрезала Ангелина. – И никогда им не был!

– Разве?! – с иронией и неким подобием удивления произнес он. – А кем же я был?

– Уж недругом это точно!

– Знаешь ты права. Друзьями мы не были.

– Ну, вот когда мы разобрались, ты можешь забрать свой вшивый букет и валить от сюда.

– Хм. Сожалею, но я не могу сейчас уйти. Потому что я еще не сказал…

– Мне плевать, что ты хотел мне сказать.

Проваливай отсюда! Быстро! К своим машинам к своим девкам к своим дружкам к…

Она не успела закончить. Марат налетел на нее как ураган. Прижал к стене навис как коршун над жертвой и с хрипотцой в голосе произнес:

– Как только ты покинула ресторан, я ушел следом за тобой сел в свой скоростной автомобиль и поехал за твои такси. Я ехал за тобой до самого дома. Потом долго ждал, когда загорится свет в окне, чтобы понять в какой квартире ты живешь.

Я просидел целый час и когда увидел свет и твой силуэт я пошел к тебе.

– Зачем? – она ощутила его горячее дыхание на свое коже. Его руки, сжимавшие ее талию, обжигали сквозь тонкую ткань.

– Зачем? Чтобы убедиться, что ты это ты. И чтобы… – он замолчал. Провел рукой вверх по ее талии. Дошел до груди и с восхищением произнес: – Ты без лифчика.

И вот после этих слов Ангелина, словно под гипнозом его черных глаз его завораживающего голоса и теплого возбуждающего дыхания сделала самую большую ошибку.

– Я никогда не надеваю лифчик после душа… То есть я…

– Черт возьми, больше ничего не говори. Остальное я хочу узнать сам, – тут он приподнял ее халатик, положил руку прямо ей между ног и издал стон. – Так я и думал. Никакого белья, – он заглянул ей в глаза и прохрипел: – Видят все высшие силы, не для этого я приехал сюда, но я не могу сдержать себя. Особенно сейчас, когда ты уже вся влажная и готова принять меня.

– Я не…

Он закрыл ей рот поцелуем. Жадным дерзким поцелуем.

Его язык провел по ее губам. Левая рука распахнула халат и сжала упругую грудь

Внутри Ангелины возникло пламя. Нет, огонь. Остатки здравого смысла говорили ей, что она должна оттолкнуть его. Но она не могла. У нее не хватало не сил не решимости сделать это. Ноги стали ватными. Дышать стало трудно. Внизу живота все горело и стягивало от неутоленного желания. Его пальцами между ее ног принялись ласкать ее клитор. Губы продолжали атаковать ее рот.