Запертые

Они заставляли развивать в себе силу, ловкость, выносливость; учили фехтовать, метать кинжалы, разбираться в ядах; управлять магией и не бояться принимать нематериальную форму. И наконец они добились своего, превратив ее в холодного убийцу, исполняющего любой приказ, – темного ассасина.

Все, хватит вспоминать! Пора возвращаться обратно в замок: сегодня у никтисов собрание. Но что-то необъяснимо тянуло туда – за лес, на границу… Какая-то тоска душила, не давала покоя. Там же погибель! Границу переходить нельзя! Не потому, что там ждут злобные стражи порядка, а потому что там, за чертой, – смерть.

Никтисы не переносят света. А на той стороне на полнеба квазар. А еще – «частичка рая». Только не для людей, а для тех, кого называют люминаанцами, единственных, кто способен противостоять темным ассасинам. Никтисы их жутко ненавидят. И она, наверное, тоже; по крайней мере, должна… Но все равно непреодолимо тянет туда, да так сильно, что она вот-вот рискнет перейти на другую сторону планеты. И пусть превратится в пепел! Зато хотя бы на миг увидит день, деревья, цветы, может, даже успеет прикоснуться к нежной траве! Только ради одного такого мгновения можно умереть…

– Эй, ты забыла про собрание? – знакомый голос прервал размышления.

Обернувшись, Вайалена увидела Кииру, свою подругу. Та была одета в свой привычный наряд: черный корсет, брюки и ботфорты на небольшом каблуке. За спиной в ножнах – двуручный меч. Черные волосы, на кончиках которых преобладал темно-коричневый цвет, добавляли ее облику выразительности.

Слегка прищуренные глаза – один карий, другой черный – смотрели выжидающе.

Вайалена, вздохнув, поправила на поясе стилет.

– Ты что тут делаешь?

– Наблюдаю за тобой, – подмигнула Киира, – вдруг захочешь глупостей наделать.

– А если серьезно?

– А если серьезно, Вайалена, то Криллиус очень тобой недоволен. Я боюсь, как бы он не решил вернуть тебя обратно… Поэтому и хожу за тобой по пятам, слежу, чтобы ты опять куда-нибудь не вляпалась.

– Я устала убивать, – призналась Вайалена и поежилась от холода.

Хм, все никак не привыкнет к здешнему сырому климату, хотя должна бы. Должна, потому что другого пристанища у нее нет и уже не будет!

– Здесь не существует «не хочу», «не буду», «устала», – жестко парировала Киира. – Здесь есть только слово Анлюминуса. Он дал нам новую жизнь, считай, создал заново…

– У меня есть только один создатель, – упрямо возразила Вайалена, отвернувшись.

Киира вздохнула.

– Мы никогда не попадем в Рай.