Линия жизни

– Ты извини, – сказала я подошедшему Артему, но мне действительно пора домой. Он молчал. – Приятно было познакомиться, – добавила я и пошла к выходу. Артем не задерживал.

Вот так. Как будто ничего и не было. Просто очередная блажь, просто я больше никогда так не буду…

Сразу же поймав такси, я села на заднее сиденье, назвала адрес, и, прислонив голову к стеклу, закрыла глаза. Что со мной сегодня было? Что я вообще делала? Да узнай только об этом Лидочка, не миновать бы мне серьезнейшей грозы.

Да дело и не только в этом.

Просто это была не я. Не могу я просто так взять и изменить мужу. Ну и пусть он смог, ну и пусть даже с Машкой. Но я не могу. Такое вертихвосточное поведение мне вообще не свойственно. То, что я думала, то, что я делала в тот момент, когда пыталась соблазнить этого чертова Артема, это вообще не мое. Я так себя никогда не веду. Ну, или теперь надо сказать, никогда больше не буду…

Но как же сладко он все – таки целуется…

Глава 3

На следующий день Макс так и не позвонил.

Зато позвонила его мамочка.

– Доброе утро, – ледяным голосом поприветствовала меня «мама».

– Кхе-кхе, – от неожиданности я не знала, что сказать. Ведь, попросит сейчас Макса, и что я ей скажу? Что мой муж не ночевал дома? Стараясь улыбаться, чтобы мой голос звучал доброжелательно, я пропела, – Доброе утро. Как ваши дела?

– Мои – нормально. А вот, что у вас происходит, мне неизвестно. Нормальным это не назовешь точно.

– Что вы имеете в виду?

– Ничего! Кроме того, что Максим просил тебе передать, что пока он поживет у нас.

 – Моя спина окаменела, – подлец! Да как он посмел, вообще! Не хватало еще, чтобы его родители обо всем узнали.

– А что, сам он это мне сказать не мог? – поинтересовалась я, не обращая уже внимания на то, что голос мой зазвучал ровно как у нее. На свекровь такие мои трансформации впечатления не произвели, и она просто бросила трубку.

– Кобыла! – сказала я в трубку и только после этого швырнула ее на тумбочку.

Все они мужики одинаковые! Посмотрите – ка, на него, – обидели мальчика! Побежал к мамочке жаловаться! Под крылышко к маме – курице, цыпленок ты мой, желторотенький.

И гнездышко – то, вроде бы, свое уже свил, и сам – то уже вроде как петухом считается, – вон как гребнем – то трясет, направо и налево расшаркивается – шпорами побрякивает, а все туда же! Чуть что – ко-ко, ко-ко-ко-ко, – и на насест!

Собака такой! Слов нет, чтобы описать, что я теперь чувствую.