Брадобрей для Старика Хоттабыча

Ее красивое коралловое платье на бретельках из-за грязи выглядело как подпорченный абрикос, а со спины оно еще было и рваное, словно надкусанное.

– Свободу мне, свободу! – пропел оперным голосом Иван Демидович, который был не только потрёпанным, но еще и избитым. Распухший нос, ссадина на щеке и фингал под глазом делали его облик весьма колоритным.

– Вот это голос! – Цыганка переключила свое внимание на Головко. – Прямо как у священника!

– Он актёр, голос у него, действительно, поставленный, – откликнулась Яна.

– Видный мужчина. – Цыганка еще раз окинула Ивана Демидовича цепким взглядом. – Чувствуется порода. Кто же это вас так отметелил?

– Нашлись божьи люди, – ответил Иван Демидович.

Цыганка, улыбаясь во весь свой фарфор, взяла руку Яны и уставилась на ее ладонь.

– У меня наличных нет, всё на карте, и вещи забрали, – сразу же предупредила ее Яна.

– Я из профессионального любопытства, – не отдавала ей руку цыганка. – Вот это линия жизни! Редко такую вижу.

– Она вообще редкая женщина, – хихикнул Иван Демидович.

– Вся ладонь исчерчена. Такое впечатление, что просто ни дня без событий! Поразительно! Линия любви, линия любви… Что с ней? Почему она напоминает самую страшную молнию на небе в судную ночь?

– Вы сейчас меня пугаете, – вздрогнула Яна.

– Правда ваша, – кивнул Иван Демидович. – Жизнь Яны – сплошная карусель.

– А вот тут пульсирующая точка. – Цыганка нажала на ладонь, и Яна вскрикнула. – Любовь твоя… единственная, – пояснила гадалка.

– Мы будем вместе? – спросила Яна.

Цыганка стрельнула глазами в сторону Ивана Демидовича.

– Больная точка у тебя, голубка!

– Подтверждаю! Ни разу не видел больше препятствий у людей на пути друг к другу. А вот у меня всё легко по жизни складывалось, – похвастался Иван Демидович.

– Это ты думаешь, что у тебя всё легко. На самом деле это не так, живёшь в самообмане. Но вот судьба этой женщины меня больше волнует, – качнула серьгами старая цыганка. – Не совпадает твоя линия любви с твоей любовью.

– Верно. Как же это не соединены? Как же так? Что, совсем? – испугалась Яна.

– А я думал, что ты уже смирилась с жизнью с князем. Чего ты так всполошилась? И так понятно, что не быть вам вместе. Цыганка только что это подтвердила, – потрогал бланш под глазом Иван Демидович.

– А я думала, что ты добрее. Я же надеялась и верила, а надежда умирает, как известно, последней, – ответила Яна.