Пираты сибирской тайги

Но, наверное, ты не просто так зашла ко мне в пирожковую. Прошлое не отпустило меня. И если это спасет тебя, я готова, как бы мне тяжело ни было, – все больше менялась в лице Аня, словно в стакан с чистой водой плеснули гадость.

– Аня, ты пугаешь меня.

– Мне и моей подруге Тамаре было по восемнадцать лет, мы тогда учились в техникуме. В тот день возвращались домой с вечеринки. Остановилась рядом с нами машина, и мужчина предложил нас подвезти. Он был настойчив, выглядел солидно, машина тоже была дорогая и большая.

Я уже фактически дошла до дома, а Тамаре надо было еще перейти на другой берег реки, а ножки на каблуках устали, да и выпили, и ничто не предвещало ничего плохого. Томка уехала.

Таня просто фактически почувствовала, как у нее по спине пронесся табун мурашек.

– Вернулась она через сутки. То есть физически она вернулась, а вот морально в себя она уже не пришла никогда. Увез ее Леонид, напоил и занимался сексом, пока она ему не надоела. Были еще какие-то мужчины, Тамара плохо помнила. Ее родители хотели было написать заявление в полицию, но Леонид занёс им большие деньги и припугнул.

Всё затихло. Жить они здесь не смогли и через год перебрались в другой район. Деньги Леонида в этом помогли. Одна я не могла успокоиться и всё воевала за подругу. Тогда он подстерёг меня на дороге, затащил в машину, не сам, конечно, а его гориллы, отвезли в лес и… – голос Ани сорвался, – и со мной сделали то же самое.

– Ужас! И опять сошло с рук? – побледнела Татьяна, понимая, что человек открыл ей душу, рассказал о наболевшем.

– Я думаю, что нас таких с Тамарой много. Мы словно пыль на его ботинках, которую он может просто смахнуть. Только в каждом случае у этого урода свой подход. Кого-то он заставлял замолчать деньгами, кто-то просто не говорил о том, что произошло, чтобы не позориться. Одной девушке он даже мужа нашел, сразу выдав ее замуж за своего охранника.

– А ты? – осторожно спросила Таня.

– А меня он запугал, я бы никогда не взяла денег, хотя многие думают, что беда уже случилась, и тут хоть какая-то компенсация.

Леонид пригрозил мне, что, если я открою рот, он то же самое сделает с моей младшей сестренкой, и я заткнулась. И никогда ничего не скажу про него в суде. Я боюсь.

– Бедная, – покачала головой Таня. – Я не знаю даже, что тебе сказать.

– А нечего и говорить, больше десяти лет прошло. Быльем поросло! Больше он ко мне не приставал, я не сломалась. Работаю вот по профессии. Я повариха, заодно и официантка, и кассирша.