В джазе только чижик-пыжик

 – А это, поверьте, наступает всегда! Наша клиника на хорошем счету.

– И что очень важно, вы соблюдаете врачебную тайну, не требуете никаких документов!.. – сказал Валериан.

– Да! Анонимность – наше кредо! Никаких постановок на учет, никаких имен, если человек этого не хочет. Нас интересует только ваше самочувствие и здоровье. Мы будем говорить с каждым по отдельности или вместе? Как вам комфортнее? – поинтересовался Даниил Павлович и по-наполеоновски сложил на груди холеные руки с маникюром.

– Комфортнее вместе, – ответила Яна, беря Валериана под руку и старательно не отвечая на его удивленный взглядом в ее сторону.

– Хорошо, – согласился Даниил Павлович и, деликатно помешкав, продолжил: – Я не спрашиваю, кем вы друг другу… приходитесь… Но начнем с…

– Дамы вперед! – улыбнулся Валериан.

– Спасибо, дорогой, – кивнула ему Яна. – С возрастом в нас накапливаются определенные проблемы, заводятся тараканы в голове…

– Вы их ощущаете? – перебил доктор.

– Нет, я не совсем «ку-ку». Это все образно говоря, – пояснила Цветкова.

 – Вот стала присматриваться к себе, остро реагировать на каждую морщинку, ощупывать каждый сантиметр тела, особенно талии.

– Перестали кушать, – предположил Даниил Павлович.

– Именно! Аппетит пропал, или я стала думать и внушила себе, что он пропал. Иногда я вдруг наедалась до отвала и начинала ненавидеть себя.

– Вам становилось стыдно? Вы думали, что сразу же стали толстой и некрасивой? – вкрадчивым голоском поинтересовался Даниил Павлович.

– Доктор, вы читаете мои мысли! – воскликнула Яна, наивно и восторженно распахивая свои голубые глаза.

– Это моя работа… – скромно потупился доктор и как-то особенно ярко блеснул бриллиантом, наверное, для убедительности. – Давно вы так ведете себя? Вон как похудели! Хотя вы, конечно, этого не замечаете и считаете себя толстой…

– Прекратите, доктор! Я и вправду толстая, – глупо хихикнула Яна, стукнув двумя худыми коленками друг о друга. – Вообще-то, я была очень толстая, но вот за пять лет сбросила половину веса и не хочу останавливаться на достигнутом…

Яну уже несло, как Остапа.

А ведь она всю жизнь была такая, как сейчас, худенькая до прозрачности, как выразилась одна из актрис маминого театра.

– Странно, кожа не провисает, следов пластических операций не наблюдаю… – пробормотал доктор.

– Такой вот у меня организм! Генетика! – похвасталась Яна. – Но в последнее время я поняла, что слишком зациклена на своей внешности и слишком боюсь постареть.