Не твоя Людмила

Поднесла его руку к губам, поцеловала тыльную сторону ладони и прижала к своей щеке, закрыв глаза. Сколько всего она передумала и испереживала за эти дни – словами не передать. Как проклинала себя за упущенное время, за упрямство свое бестолковое, за то, что так долго убегала от Ратмира и чуть не разрушила их любовь. А сейчас каждый божий день она, не особо верующая в бога, молила его, чтобы только позволил Ратмиру выжить, выздороветь, чтобы все стало, как прежде. Не просила она счастья для себя, не молилась о том, чтобы быть с Ратмиром.

Рита почувствовала на щеке легкое трепетание пальцев и поняла – это Ратмир пошевелил рукой. Она встрепенулась, открыла глаза и увидела устремленный на нее взгляд черных глаз.

– Ритка, – прошептал Ратмир.

У нее из глаз потоком хлынули слезы. Горло перехватило так, что она ни слова не могла произнести, лишь прижимала его руку к своей щеке и все смотрела, смотрела. И плакала.

– Я соскучился, – попытался улыбнуться Ратмир, но поморщился – даже такое простое действие, как улыбка, давались ему пока с трудом.

– Любимый мой, как же ты меня напугал, – наконец-то сказала Рита. – Больше никогда так не делай.

– Не буду.

Ратмир хотел еще что-то сказать, но язык плохо слушался.

– Тс-с-с, – Рита наклонилась над Ратмиром и легонько поцеловала его в губы. – Не нужно говорить, еще успеем наговориться.

Он послушно закрыл глаза и снова задремал, но Ритину руку не отпустил, бессильно цепляясь за ее пальцы.

***

Последующие несколько дней оказались сложными и для Ратмира, и для его родных. Он находился в пограничном состоянии между сном и бодрствованием. Слава богу, он узнавал и Риту, и родителей, и братьев, но, очнувшись после очередного сна, не помнил, о чем они говорили с ним несколькими часами ранее. Врачи успокаивали, говорили, что после сопора такое состояние вполне естественно. Больной помнит все, что было с ним до аварии, а вот дни после пробуждения сливаются в одно пятно.

– Пошевелите левой ногой еще раз, – попросил врач.

– Я шевелю.

– Еще раз, – нахмурился доктор. – Так, теперь правой.

Это происходило на четвертый день после того, как Ратмир окончательно пришел в себя и перестал впадать в постоянное забытье. В палате, помимо лечащего врача и медсестры, находились Рита и Арина Сергеевна.