Не твоя Людмила

Этот ребенок бесконечно орет, Рита. Просто беспрерывно.

– Все дети плачут, – спокойно ответила она.

Руслан раздраженно передернул плечами.

– Мне не нужно все это. Так не может больше продолжаться. Я не высыпаюсь ночами. Я ничего не соображаю на работе. У меня просто мозги плавятся от всего этого.

Руслан наконец-то справился с запонками и теперь завязывал галстук. Это он мог сделать с закрытыми глазами. Это вам не памперсы менять или кормить двухмесячного орущего младенца из бутылочки.

– Я не могу принимать адекватных решений.

А ты прекрасно знаешь, как много в «Валиде» зависит от моих решений.

– Я! Я! Я! – Рита закатила глаза. – Тебя послушать, так ты пуп земли.

– Рита!

– Что, Рита? – разозлилась она. – Что ж вы за мужики такие, Закаевы? Один ноет, потому что жениться не хочет. Другой – от жалости к себе. Третий – потому что сын ему костюмчик обоссал. Может, пора подумать и о других, а не только о себе?

Их взгляды встретились, и очень долго ни Рита, ни Руслан глаз не отводили.

Когда-то она боялась его вот этого сурового взгляда, очень боялась. Да… Много воды с тех пор утекло.

– Что мне делать, Рит? – с мольбой в голосе спросил Руслан.

Ей стало жаль его. Кто бы мог подумать? Стальной, непробиваемый Руслан Закаев – и в таком отчаянии.

– Сегодня я посижу с Сашей, так и быть. Попробую найти вам новую няню.

Рита опустила глаза на ребенка. Голоса взрослых убаюкали его, и он тихонько посапывал, пригревшись в Ритиных объятиях.

– Спасибо, – кивнул Руслан.

– Но это не выход, Руслан. Я не могу бросать все дела и нестись к вам каждый раз, как ты не справляешься с младенцем. Тебе нужно что-то решить.

Он отвернулся к шкафу и снял с вешалки чистый пиджак.

– Что ты имеешь в виду?

«Хитрец! – подумала Рита. – Прекрасно ведь знает, что я собираюсь сказать, но делает вид, что не понимает».

– Руслан, Саше нужна мать.

Он обернулся, зло сверкнув глазами.

– Мать?

– Да, мать.

– Мать… Мать…

Руслан сжал руку в кулак и бесшумно опустил его на закрытую дверь шкафа, хотя от отчаяния ему хотелось со всей силы врезать этим кулаком в стену, разнести здесь все к чертовой матери.

Но Сашка наконец-то затих, уснул. Нельзя шуметь и пугать ребенка.

– Мать, – снова повторил Руслан. – И что ты предлагаешь?

Он увидел сочувствие во взгляде Риты, отчего на душе стало совсем скверно. Хотя куда уж хуже?

– Ты знаешь что. Найди ее.

Руслан закусил губу.

– Она не захочет вернуться.