Убийство в Вишневых горах

– Тамерлан здесь? Неужто и Дмитрий Донской тоже пожалует? А может, и сам Чингисхан объявится!

Марина Доронина прыснула. Ее мать посмотрела на дочь с укором. Татьяна толкнула Николая локтем в бок и покачала головой.

– Прекрати.

– Да я же шучу. Женя ведь наверняка поняла. Ведь поняли? – мужчина посмотрел на Женю в поисках поддержки.

– Конечно, поняла.

– Николай у нас любит всех подкалывать, – объяснила Юля, – так что привыкай, Женя.

– Ты лучше скажи Жене, куда ты ее Тамерлана дела, – усмехнулся Николай.

 – А заодно и моего брата Саида.

– Саид – ваш брат? – Женя удивленно посмотрела на Николая.

– Нет, – объяснила Татьяна, – просто они дружат с детства, вот как мы с Юлей.

Женя поняла, что, видимо, хозяева действительно собрали здесь очень близких себе людей. Интересно, кто еще приедет. Вроде вчера вечером Юля упоминала пару имен.

– Саид с Тамерланом изучают генератор и щиток, чтобы убедиться, что у нас больше не будет проблем с электричеством.

– Ну, тогда пойду я к ним присоединюсь, – сказал Николай, поднимаясь со своего места.

– Только руки свои к генератору не суй, а то ведь точно оставишь нас без света, – крикнула ему вслед Татьяна.

Тем временем Женя с удовольствием принялась за завтрак. Венские вафли просто таяли на языке, а от блинчиков не было сил оторваться. Интересно, это сама хозяйка приготовила, как обещала вчера вечером Тамерлану? Или все же не до того ей было, и завтрак, как и положено, приготовлен поваром? «Неважно, – подумала Женя, зажмурившись от удовольствия.

 – Главное – вкусно».

День начинался неплохо, да вот только Женю смущали взгляды Инны и Марины Дорониных, которые рассматривали ее исподтишка. То ли им так не понравилась ее прическа, то ли еще что.

Инне на вид было лет сорок или чуть больше. Она была из тех дам, которые львиную долю дохода мужа вкладывали в себя.

С первого взгляда ощущалось, насколько Инна была заласкана и облизана косметологами, стилистами и другими специалистами индустрии красоты. Дочери ее было лет двадцать. Марина, в общем-то, походила на мать многим, только казалась ее молодой и более натуральной версией.

Когда Марина в очередной раз уставилась на Женю, та не выдержала:

– Вы что-то хотите у меня спросить или, может быть, у меня грязь на лице?

– Извините.