На краю пропасти

Как только это было сделано, еще одна округлая дверь плавно скользнула в сторону, дав возможность беспрепятственно выйти из небольшого, площадью всего один квадратный рийтс[2 - Рийтс – единица измерения длины, равная 1,5 метрам.], буферного отсека.

Хозяин этого корабля не был обычным грабителем. Вернее сказать, грабительницей. Многие уже забыли о них – о Первых живых существах, населявших Вселенную. Они жили еще до начала Отсчета времени, но само время нещадно стерло их имена. Имена многих – но не ее.

Нэрин. Она была одной из самых смелых, нахальных и неуловимых грабителей во Вселенной. Большинство существ ею восхищались, межгалактическое правительство же опасалось новых выходок этой Первой.

Ее добычей всегда становились редчайшие ценности: от малораспространенных металлов до произведений искусства. О былых заслугах Первой быстро позабыли, и сейчас в ней видели только вора и древнее существо, более разумное, а, следовательно, очень опасное.

Кража образца лоуренсия была просто знаком, что Нэрин снова вернулась к авантюрам после нескольких тысяч ктайтов затишья.

Однако признаться, что существовала еще одна причина этого ограбления, Нэрин боялась даже сама себе.

Первая замерла, стоя у двери из буферного отсека, будто раздумывала, прежде чем сделать шаг. Этот корабль, напоминавший снаружи эллипсоид по форме, был для Нэрин домом. Овальное, площадью почти две сотни квадратных рийтсов, помещение служило подобием гостиной. Слева была дверь в хранилище, где Нэрин разместила коллекцию трофеев.

Корабль делился по экватору на две половины: в нижней находился двигатель и системы регуляции, верхняя часть была жилой.

Серебристо-белые металлические стены гостиной переливались в ярком свете крошечных светильников, расположенных на полу, украшенном белым матовым покрытием. В полупустом помещении разнообразием цветов отличалось лишь кресло из висмута, оксидная пленка которого имела радужную окраску.

Противоположная стена была украшена барельефами, благодаря форме и черному напылению напоминавшими испещренную трещинами и кратерами поверхность железной планеты.

По этим барельефам было легко взбираться в верхний отсек, в котором хранились личные вещи Нэрин и где она часто любила отдыхать.

Широкие окна находились только на правой стороне гостиной. Покрытые тонким слоем металла, они отражали сияние звезд, и обнаружить их с наружной стороны было довольно трудно.