Лавка «Любовные снадобья»

– Я к себе домой хочу, – пискнула Лиза, испугавшись грозной тетки.

– Вот и пойдешь. Мы тебе и дорогу покажем-расскажем.

– И проводим, – добавила вторая.

– Под белы рученьки доведем, – вторила ей третья.

С этим словами женщины двинулись к Лизе и начали стаскивать упирающуюся девушку с кровати.

– Подождите! Подождите! Мне, что же, голой идти?

Тетки замерли.

– И правда, голой-то нельзя. Погоди-ка, – сказала самая словоохотливая.

Она подошла к стене, потрогала ее руками.

Стена тут же чуть отъехала в сторону, и женщина выудила из ее нутра какую-то ткань. Лиза удивленно наблюдала за ее манипуляциями. Женщина пульнула в опешившую Лизу одеждой.

– На, вот. Добежишь до дома в этом, а там смастеришь себе, что посолиднее.

Лиза с опаской развернула ярко-желтую ткань. Оказалось, это была какая-то длинная накидка, укутавшая ее с ног до головы так, что спрятались все Лизины прелести. Складок в накидке оказалось так много, что даже при ходьбе, она не раскрывалась и не выставляла на показ Лизины ноги.

– Готова? – строго спросила матушка Чаттербокс. – Тогда пошли!

Женщины, не давая Лизе опомниться, в буквальном смысле слова вытолкали ее на улицу. А здесь… Здесь Лиза поняла, что, кажется, она и правда то ли сошла с ума, то ли попала… А куда она попала?

Глава 2

Тетки-трещетки спешно вели Лизу вдоль пустынной улицы, своими телесами закрывая почти весь обзор: одна шла на шаг впереди, две другие – по бокам вплотную к Лизе.

Видно, боялись, что она сбежит. А куда тут сбежишь? Они были чёрт-те где. Лиза понятия не имела, что происходит и как она тут очутилась, а голова почему-то была пустая-пустая. Видимо, от удара молнией. Лиза лишь могла фиксировать информацию, которая через глаза успевала доходить до мозга. Будто она была фотоаппаратом: изображение получено – и слава богу!

Обернувшись на здание, из которого ее вытолкали тетки, Лиза удивленно ахнула: больница, или лекарня, представляла собой двухэтажное здание таких ярких оттенков, что больше было похоже на пряничный домик в разноцветной перламутровой глазури.

В сгустившихся вокруг сумерках лекарня полыхала яркими огнями фонарей. «Может, я попала в больные фантазии шизофреника?» – строила догадки Лиза.

Правда, все остальные дома, расположившиеся по обе стороны длинной улицы, по которой ее вели, выглядели не столь весело. Они были обычными.