Договор без права расторжения

– Она мне ничего не говорила, – нахмурил брови Стас. Вот так неожиданная новость!

– Она тебя жалеет, дурня. Не хочет навязываться. Думает, что ты не рад ребенку.

– Это не так.

– Так не так, – проворчала Марьяна. – Смотри, скоро чуток в тебе человеческого уцелеет. Болото-то тебя прогнуло, как ивовый прутик. Скоро весна… Тебе пора решать.

– Что решать?

– Сам знаешь, – сказала тогда, как отрезала Марьяна.

Он знал. Еще как знал. Отныне, когда сила болот была с ним, ему не надо было роту солдат, чтобы патрулировать территорию.

Он и так прекрасно угадывал любую живность, что приближалась к топям. Как следствие все, что трепыхалось в болоте, отдавалось у него где-то под лопаткой дрожащей жилкой.

Соблазн обосноваться в Коврово навечно с каждым днем становился все сильнее. Москва, с ее ритмом и огнями слабо брезжила где-то на задворках памяти. Все, чего он желал, было здесь, в Коврово… Пора решать… Стас потянулся, как сытый кот. Нечего было решать – он дал слово и отступать был не намерен.

4

Беременность Алисы протекала легко. К началу весны формы девушки смягчились, живот прилично округлился. Стасу нравилось наблюдать за ней – как она ходит, как ест, как спит. Что у них будет мальчик, Стас знал задолго до того, как это показало УЗИ. На скрининг Алисе приходилось самостоятельно летать в Москву, без Стаса. Где-то в глубине души у того прочно засел вид Алисы в приемном покое травматологии, и больше всего он боялся, что навредит ей своим присутствием, стоит ему уехать от топи далеко.

Поездки в ближайший городок были не в счет, оттуда они возвращались тем же вечером.

Со временем в голове у Стаса успокоилась и оформилась мысль о том, что он будет отцом. Он чувствовал, как в животе у Алисы растет ребенок, как стучит его сердце, от этого у него порой замирало свое, вызывая чувство трепета перед новой жизнью.

После угроз Уварова Стас запретил Алисе одной выходить из дома: боялся, что через нее Уваров попробует повлиять на самого Стаса. Марьяне Стас тоже не особо доверял, хоть до сих пор она ни разу даже случайным намеком не дала понять, что сможет пойти против.

С каждым днем солнце становилось все яростнее, дни, когда небо затягивала серая зимняя мгла, промелькнули далеко позади. Весна торопила свое приближение, Стас же мрачнел все больше. Близился день, когда черная утроба потребует жертву, а жители Коврово (здесь явно не обошлось без посулов, а где-то даже и угроз, Уварова) упорно игнорировали его предостережения.