Голодная

Макс не будет стучать, он, наверняка, входит без стука.

Шерил от изумления забыла все слова, когда увидела, что в комнату вошла симпатичная, чуть полноватая, девушка в униформе прислуги. Голубое платье до колена, белый передник, светлые волосы аккуратно уложены под белый ажурный чепец. Ну, конечно, в доме подобном этому, по всем правилам должна присутствовать прислуга! Не сама же хозяйка такого дома станет мыть окна?

– Добрый день. Меня зовут Марина. Можете обращаться ко мне, если вам что-либо понадобится.

Вы желаете завтракать в столовой или принести сюда?

– Если можно, то сюда, – первоначальное удивление прошло, и Шерил с удовольствием воспользовалась выгодным предложением. Любой шанс избежать встречи с представителями мужского пола в этом доме был отличной идеей.

Она успела одеться в еще чуть влажную, но зато чистую одежду, и привести себя в порядок после сна, когда Марина вновь вернулась в комнату. Еще теплые круассаны, омлет с зеленью, чай… Поднос в руках девушки был плотно заставлен.

– Марина, ты давно здесь работаешь?

– Да.

– Твой работодатель – Макс?

– Максим Владимирович не является моим непосредственным хозяином, но я обязана выполнять все его поручения. В разумных пределах, разумеется.

– Тебе как-то объяснили мое положения в доме?

– Гостья Максима Владимировича, с запретом на возможность покидать территорию усадьбы, до особого личного распоряжения Максима Владимировича.

– Вот как? Гостья под замком, – пробормотала Шерил.

Ситуация прояснилась, но не намного. Известие, что ее не выпустят из дома, не стало откровением. Но здесь ее хотя бы не прячут от посторонних глаз, следовательно, есть вероятность покинуть это место живой и невредимой? Необходимо раздобыть телефон, без сомнений, Лара уже бросила всю свою нерастраченную энергию на ее поиски.

– Ты не одолжишь мне телефон? Хочу позвонить подруге.

– Запрет также распространяется на использование телефона, – ровным голосом ответила Марина.

– Ты шутишь? – не поверила Шерил.

– Боюсь, что мне не до шуток, – Марина виновато опустила глаза.

– Да, что он о себе возомнил! – взорвалась Шерил. – Он, что же думает, если он меня накормил, то я теперь его собственность? И он вправе распоряжаться мной, как взбредет ему в голову?

Метаясь по комнате, словно тигр в клетке, шлепая босыми ногами по паркету, она не замечала испуганного выражения на лице Марины.

– Когда захочу, тогда и уйду! Хочу уйти сейчас.