Моя индийская неделя

Даже не знаю, бывало ли такое в практике экипажей. Полёт прошёл очень быстро. Мягкая посадка, все радостно хлопают, и вот оно – ГОА!

Сразу хочу сказать, что при выходе из самолёта нас окутало нежное ласковое тепло, которое вмиг прогрело до мельчайшей косточки. И сделало оно это невыразимо плавно и приятно. Запах Индии… Я долго думала, чем она пахнет. Это же важно. Один из первых сигналов, что мы улавливаем. И, выйдя из самолёта, я полной грудью вдохнула местный воздух, пытаясь абстрагироваться от запаха нагретого асфальта и техники.

Первая ассоциация, которая пришла в голову, это СЛАДКИЙ. Действительно сладкий. Но о запахе я ещё чуть позже скажу.

Даболим аэропорт наполовину военный. Очень резко видно границу между гражданским и военным транспортом. Много полицейских в бежево-песочной форме. В целом он не впечатлил. Затем паспортно – визовый контроль (впервые вижу живых индийцев так близко), обмен долларов на рупии и первый сюрприз. Оказывается, можно менять не больше 70$ на 1 паспорт, и курс совсем не такой, как пишет в Интернете ЦБ РФ.

Второй сюрприз: в стране реформа денег, мелких купюр не выдают и с нами рассчитываются новенькими двухтысячными розовыми бумажками – только выпустили, аж хрустят. Где мы будем обменивать всю эту красоту на местную мелочь, остаётся только гадать. А пока выручают купюры по 1$. Специально брала с собой, прочитав очень помогают и в Индии, особенно при расчёте с носильщиками. Вообще-то их такса 10-30 рупий (кому сколько не жалко), а 1$ это приблизительно 60 рупий, так что мы все весьма переплачиваем, но да ладно.

Тут же, с носильщиком, состоялся мой первый опыт живого общения на хинди, к взаимной нашей радости. Лично для меня это был непередаваемый кайф, когда меня поняли и ответили. И хотя это было сначала «Намасте» – «Намасте», всё равно приятно. Носильщик быстро определяет, что я русская и начинает клянчить даже не $, а сто рублей. Объясняется на ломанном русском, но мне всё понятно. Ржу: хитрец, однако! Сто рублей ? это больше, чем 1$.

А он прекрасно понимает, что мелкой местной валюты у нас у всех нет, а мы чётко знаем, что сдачу с двух тысяч рупий он нам не даст.

Я спрашиваю:

? Так тебе прямо и дать – русскими деньгами?

? Ха. (*да), ? кивает носильщик.

Улыбаюсь и отвечаю на хинди:

? Ней. (*нет)

Кажется, он прифигел и тут же выдал мне длинную фразу на радостном хинди, из которой я понимаю всего два слова. Но что-то я умудрилась ответить.