Дом у скалы. Ангел, который меня оберегает

Глаза мужчины, на долю секунды сузились, сверкнув, из образовавшихся щелочек, недобрым блеском. Посидев еще несколько секунд, он встал.

– Дура! – бросил он. Посмотрев, на лежащий перед ней бархатный футляр, он секунду помедлил, как бы раздумывая. Затем взял коробочку и небрежно засунул в карман. На губах его появилась презрительная улыбка. Женщина немного печально посмотрела на него. Не говоря больше ни слова, мужчина пошел по направлению к выходу из зала. Дойдя до музыкантов, одетых в национальные индейские костюмы, и подозрительно смахивающих на настоящих индейцев, а не казахов, калмыков или других представителей монголоидной расы, мужчина выхватил у одного из них инструмент, похожий на малюсенькую гитару, и с размаха шарахнул им об стену.

Раздался треск разлетающегося в щепки сухого дерева, жалобно пискнули струны. Музыканты перестали играть и застыли, удивленно глядя темными печальными глазами на явно сошедшего с ума посетителя ресторана. Испуганный владелец разбитого инструмента, часто моргая, с ужасом и не пониманием смотрел на то, что от него осталось и на того, кто совершил это страшное злодеяние. Отшвырнув в сторону обломок крошечной деки, мужчина прорычал:

– Чего замерли?! Дама желает музыки.

Музыканты поспешно заиграли. Мужчина, порывшись в карманах, достал несколько мятых купюр и сунул их в руку, продолжавшего стоять в удивленном оцепенении музыканта, лишившегося инструмента.

– Купишь себе новую мандалину, – бросил он.

* * *

Выйдя из ресторана, мужчина подошел к дожидающемуся напротив входа лимузину и приказал:

– Поехали, дама не пожелала ехать.

Не любит лимузинов. – Он хрипло рассмеялся и бросил злой взгляд на дверь ресторана: «Сука!»

Достав из кармана бархатную коробочку, он открыл ее и несколько секунд неподвижно рассматривал кольцо, наблюдая за игрой света в гранях большого бриллианта. Захлопнув футляр, снова сунул его в карман. Он еще не решил, что сделает с кольцом. Может, сдаст обратно, в ювелирный, то-то они обрадуются, а может, подарит какой-нибудь из своих девок.

Та, что лучше расстарается, получит кусок углерода в четыре карата. Мужчина злобно ухмыльнулся.

Заметив, «неприятное недоразумение», метрдотель, срочно отправил к столику, за которым в одиночестве продолжала сидеть дама, официанта. Недоразумение недоразумением, а вечер оплачен, причем весьма щедро. И клиент, оплативший его, из тех, кто в случае чего, всему персоналу шеи посворачивает, если, что-то будет не так.