Мир без границ

– Что вы, это запись… одного крика, – объяснила его собеседница, на мгновение чуть заметно изменившись в лице. – Ну что, вы хорошо себя чувствуете? Сможете идти?

– Да смогу, конечно! – Аркадий вскочил на ноги, и женщина вывела его в комнатушку, похожую на ту, где находилась касса, только здесь стоял столик с компьютером, за которым сидел, разговаривая с вертевшейся перед ним Эммой, мужчина средних лет.

– А скажите еще, я ведь там петлю сделала, два раза по одному и тому же коридору прошла? – поинтересовалась она, когда Аркадий вышел из занавешенного черной шторой дверного проема.

– Совершенно верно, – кивнул мужчина, что-то быстро набирая на клавиатуре.

– А что там было такое мокрое… липкое?.. – продолжила расспросы девушка, морщась и потирая руки.

– Секрет фирмы, – невозмутимо отозвался ее собеседник.

– Похоже, ты больше меня там всего повидала, – заметил Светильников, и его подруга, обернувшись, бросилась к нему на шею:

– Аркашка! Это потрясающе!!! Как же здорово, что мы сюда пришли! А ведь могли не заметить павильон, мимо пройти…

Женщина, которая привела сюда Светильникова, отошла к стене, снисходительно улыбаясь, а мужчина поманил его к себе.

– Молодой человек, будьте добры, ответьте на несколько вопросов. Аттракцион новый, и мы собираем анкеты посетителей, чтобы его улучшить, усовершенствовать.

Опрос не занял много времени – Аркадий лишь рассказал, что показалось ему самым страшным, а что не вызвало особых эмоций. Правда, ему пришлось назвать еще и свое имя с фамилией и оставить номер мобильника – мужчина пообещал позвонить ему, если аттракцион сделают еще более экстремальным, и пригласить опробовать улучшенную версию «Лабиринта ужасов».

Про себя молодой человек решил, что как-нибудь проживет без повторного прохождения лабиринта, пусть даже и усовершенствованного, но, поскольку рядом стояла Эмма, говорить такое вслух не стал.

Он заканчивал диктовать свой телефон, когда из второй выходящей в эту комнату двери, тоже закрытой черной тканью, выкатился тот самый черноволосый парень, покупавший билеты одновременно с ними.

Выкатился в прямом смысле – кувырком, ловко сгруппировавшись, как делают герои боевиков, уворачивающиеся от вражеских пуль.

Оказавшись в центре помещения и обнаружив, что он уже не в лабиринте, брюнет охнул, крепко выругался и легко вскочил на ноги. Его карие глаза горели таким же буйным восторгом, как и светлые глаза Эммы.