Соседка

Ровно тридцать минут, двадцать пять взрослых, занятых людей, большинству из которых пришлось отпроситься с работы, чтобы успеть поприсутствовать на данном мероприятии, начавшемся, по непонятной причине, в то время, когда у основной части работающих, как раз, только заканчивается рабочий день, слушали три десятка вариаций одних и те же фраз ни о чем, говорившихся разными словами. – Алла Сергеевна фыркнула и обвела взглядом присутствующих, очевидно, желая убедиться, что семейство в достаточной степени возмущено услышанным.

 – Это просто возмутительно! Чтобы послушать о том, что моей, почти шестнадцатилетней дочери, нельзя бегать по коридорам во время перемены, и курить на территории школы, как во время перемены, так и во время уроков, и вообще никогда, мне пришлось перенести прием двух пациентов. А у них не какое-нибудь ОРЗ. Эндокринная система вещь серьезная и с заболеваниями связанными с ее нарушениями шутить нельзя! – Алла Сергеевна энергично помахала рукой, выражая, таким образом, переполнявшее ее возмущение и крайнюю степень недовольства.  – А после того, как закончилось это, с позволения сказать, переливание из пустого в порожнее, ни о чем, на помощь классной руководительнице, которой, очевидно, больше нечего было сказать родителям учеников ее класса, явилась учительница математики. – Алла Сергеевна закатила глаза и передернула плечами. – Эта женщина, несомненно, просто ненавидит детей. И родителей, кстати, тоже.

Муж отложил книгу и смотрел на жену, улыбаясь, уже не пытаясь скрывать охватившего его веселья.

Она была так хороша, когда злилась. Каждый раз, чувствуя несправедливость или неправильность происходящего, жена яростно бросалась отстаивать правду, интересы обиженных, обделенных. Благодаря своей кипучей энергии, твердости и силе характера, маленькая хрупкая Алла Сергеевна делала это так решительно и с такой настойчивостью, что только искры летели, и те, кто своими нелицеприятными и не вполне достойными действиями вызывал ее праведный гнев, обычно, трусливо поджимали хвосты и ретировались, сдаваясь на милость победителя. Алла Сергеевна вполне могла олицетворять образ рыцаря в сверкающих доспехах, стоящего на страже правды и справедливости. Заметив взгляд мужа, она тоже улыбнулась.

– Тебе смешно, а эта женщина учит нашу дочь и других детей! – Алла Сергеевна взглянула на Лелю, как будто проверяя, не успела ли математичка нанести непоправимый урон психике ее девочки. Девочка сидела с окаменевшим лицом и стеклянным взглядом.