Несчастливое число

А спустя пару часов пришли другие ребята, из милиции. И поинтересовались не приходили ли ко мне «подозрительные личности» и не интересовались ли тем самым студентом. Подозрительные личности! Да чего там подозревать-то? Там на лбу написано «Баньдюганы-уголовники». В общем представители правопорядка сказали мне «Молодец!» и велели никаких сведений никому не давать, как и положено по должностной инструкции. А на мой вопрос (ну должна же я была спросить, мне было восемнадцать!) «А что было бы если бы они нашли того парня?», один из служителей закона, как ни в чем ни бывало ответил «Да может и убили бы».

Вот так просто. К счастью никакие «братки» ко мне больше не являлись. Вот такое это было время. Время перемен, потрясений и молодости)

«Жить по-новому очень трудно. Жить прошедшим еще трудней.»

М.А. Булгаков

Глава 1

– Ты почему в таком состоянии?

Никитос шмыгнул носом. Щека пересеченная уродливым шрамом дернулась.

– Вчера Вороного хоронили… Помянул…

Взгляд мутных глубоко посаженных глаз был хмурым.

– Аааа, – несколько рассеянно протянул Гудвин.

Изобразив на лице приличествующее «моменту» выражение он кивнул.

– Дааа… Точно…

Решив, что «дань памяти» состоялась, Гудвин вернулся к делам насущным.

– Нужно сьездить на Калитниковский. Возьми пацанов и разберитесь там как следует, чтобы этот армяшка усек, что делать все нужно по понятиям. Как следует обьясните.

Гудвин недобро ухмыльнулся.

– Не перестарайтесь только.

Он нам еще пригодится.

Никитос кивнул. Вообще сегодня он бы предпочел не ездить никуда. Пара сломанных армянских костей ни коим образом не смогут облегчить засевшую внутри него боль. Вороной был единственным из всего подлого человеческого рода, кто что-то значил для Никитоса. Его семья. Друг, брат…

Он отвернулся. Горло сдавило железным обручем. Жаль, что Гудвин распорядился « не перестараться». Уж если все равно придется ехать, так можно было бы хоть немного «выпустить пар», «отыграться».

Навряд ли это помогло бы, но все же….

– И процент! Про процент ему там не забудьте напомнить, – вслед выходящему из комнаты Никитосу крикнул Гудвин. На красиво очерченных губах играла улыбка.

Глава 2

– Варь! Варь! Кофе сделай… Пожалуйста!…

Лицо Вадика, помятое и выражающее неимоверное страдание, бледным расплывающимся пятном нависло над Вариным. Варя с ошалевшим видом посмотрела по сторонам.