Несчастливое число

Вадик вообще считал, что лексикон его юной родственницы включает в себя исключительно «спасибо, пожалуйста, хорошо…», ну и еще несколько нейтрально-вежливых выражений, без всяких там ругательств и оскорбительных слов. Ох, недаром говорят « В тихом омуте…»

Размышления Вадика были прерваны появлением в дверях кухни Антонины Антоновны – его тетки и Вариной матери.

– Ой как вкусно пахнет! – радостно прощебетала хозяйка квартиры, воспитавшая, как оказалось, не такую уж безупречную дочь. – А мы с Филькой пару кружков вокруг пруда сделали.

Погода сегодня чудесная!

Из-за спины хозяйки вынырнул упомянутый ею Филька и начал тыкаться мохнатой мордой в пустую миску, давая понять, что неплохо бы и ему подкрепиться.

–Сейчас, – осторожно отодвигая крутящегося под ногами фокстерьера, сказала Варя. – Потерпи, сейчас будешь есть.

Филя нетерпеливо тявкнул. Антонина Антоновна засмеялась любовно глядя на обожаемого ею питомца.

– Ага, щас! – сказал Вадик преданно уставившемуся ему в глаза Филе.

 – Я, знаешь ли, брат, и сам яичницу люблю. Тебе вон сейчас твою кашу дадут.

Филя мотнул головой, чихнул и поскреб лапкой по коленке Вадика. Вадик сделал страшные глаза, всем своим видом давая понять, что делиться не намерен.

– Ты мои носки вчера сожрал. Третью пару между прочим! А еще чего-то просишь.

Филя снова чихнул и еще энергичнее заскреб лапой по ноге злопамятного, не желающего делиться ни одеждой, ни едой Вадика.

– Филька, отстань! – ласково пожурила пса Антонина Антоновна.

 – Ну, рассказывайте, как у вас дела, как учеба. А то видимся только утром за завтраком. Вечером у всех дела, все заняты…

Вадик, на которого был устремлен ласковый взгляд серых глаз тетки, растянул губы в самой, что ни наесть радостной улыбке.

– Все нормально, тетя Нин. Все хорошо. Вот, работу ищу… Пока ничего подходящего…

Вадик потупился, изобразив некоторую степень расстройства из-за отсутствия работы и, соответственно, возможности внести свой вклад в общий бюджет, стать «полезным членом общества».

Антонина Антоновна похлопала его по руке.

– Ничего-ничего. Сейчас с работой вообще тяжело… Главное учеба! С учебой ведь все нормально?… – с легкой ноткой тревоги спросила она, вспомнив как они с сестрой «задабривали» институтское руководство, чтобы Вадика не поперли с учебы.

Вадик расплылся в улыбке еще шире прежней, прямо до ушей расплылся.

– Конечно, тетя Нин.