Укрощающий зверя

Мальчик уже был посвящен в историю своих родителей и знал то, что еще никому, кроме него, не было известно.

Принца представили королевской чете. Его внешность истинного эльфа порадовала короля и королеву. Осталось подтвердить магическую силу и наличие искры жизни. Артефакт изящной и умелой работы установили посреди зала. Это был прозрачный кувшин, в середине которого пульсировала сверкающая сфера. Мальчика пригласили подойти к нему. Все ждали, затаив дыхание.

Этот обряд проходят все эльфы в Храме Природы.

Испытуемый обеими руками дотрагивался до кувшина, мысленно прося богов зажечь его искру жизни. Чем ярче будет гореть пульсирующая сфера, тем сильнее эльф, как маг Жизни.

На этот раз сделали исключение и обряд решили провести во дворце. Иллисар спокойно подошел к артефакту. В нем не было трепета и нерешительности, которые испытывали другие эльфы. Эллиран и Линерия затаили дыхание. Их надежде не суждено было сбыться.

Мальчик протянул руки к кувшину – его стенками пошли трещины, пульсирующая сфера окрасилась кроваво красным, а потом почернела.

Принц ухмыльнулся. Шепот в зале нарастал. Король вскочил на ноги, Иллисар впервые взглянул на правящую чету: «Non vita vulgarys, letale vita alba magnikus, viva kara mortes», – губы кривила ухмылка, а в глазах танцевала тьма. Перед эльфами стоял Никромант, давший клятву тьме и смерти у источника искры жизни. Проклятие богов упало на все королевство. Теперь в Идакре не осталось ни одного мага жизни.

– Letale rodos amorte, – и король с королевой уснули навсегда.

– Fatamorgana amorte teles, – и подданые, словно марионетки, застыли в зале. Родители в ужасе наблюдали за сыном.

– Fatamorgana regens aneste, – Элиран и Линерия на глазах превратились в зомби.

Иллисар стал правителем королевства Идакра, а его правители – регентами при нем.

Глава

Маринэль замолчал. Рассказ тяжело давался старому магу. Воспоминания глубокими морщинами легло на чело старца. Молчал король, молчал и я. В дверь тихонько постучали.

На пороге стоял младший крон-принц.

– Отец, Черитель не приходит в себя.

Король мертвой хваткой вцепился в короткий набедренный клинок.

– А королева? – Натаниэль смотрел на сына.

– Матушка держится. Она и Арткель поддерживают сестру. Но их силы на исходе. У них магическое истощение. Лиссониэль их охраняет.

– Стена?

– Маги уже все привели в порядок.

– Почему же они не помогут женщинам? – вставил я свои «пять копеек».