Укрощающий зверя

Любовно погладил баранку, завел мотор. Несколько минут прислушивался к сердцу «зверя» – мерные чистые удары. «Ну что, поехали, друг!» – мотор взревел, и красавец Белаз медленно выехал из ряда машин.

«Может, у него и получится… – Жора не видел, как на него из кабины диспетчеров все так же внимательно-изучающе смотрел Палыч. – Удачи тебе, мальчик!» Мужчина тяжело вздохнул, и взглядом проводил выехавшую машину, в кабине которой сидел веселый парень. Солнце зарылось в его волосах, и они окрасились в насыщенный вишнево-красный оттенок.

Дорога в каменоломни пролегала через город. Георгий наслаждался плавным ходом машины. Спешить было некуда: он укладывался во время. Не смотря на свои габариты, «зверь» слушался его беспрекословно. Дорога незаметно перешла в уклон, и Георгий стал сбрасывать скорость. Чувство беды оглушило его. Машину понесло. Тормоза не отвечали. Дорожная лента делала поворот вправо, а его «зверь» несся прямо в многоэтажное здание, на первом этаже которого гордо красовалась вывеска «Все для дома».

Глава 2

«Где я?» – мысль тупо билась в черепной коробке. Сознание возвращалось какими-то закоулками. Полная картинка ситуации никак не складывалась. «Небо голубое, значит я еще здесь. А где?» – ответа не находилось. Попытался сесть. Получилось… с трудом. Все тело болело, будто кросс на 20 км отмотал, а в голове звучал целый духовой оркестр. «Хреново! – в голове гупало. – Как-то день не задался. И этого места я не знаю!» Я лежал на роскошной поляне, горизонталь мне давалась легче.

Высокая трава с дурманящим запахом, разноцветные полевые цветы, бабочки… Медленно, без резких движений встал. Меня повело. Голова кружилась. Преодолевая тошноту, добрел до деревьев, окружающих поляну: «Наверное, сотрясение. Что ж произошло?!» Привалился спиной к стволу дерева. Пытался восстановить в памяти последние события. Из-за сильного головокружения ничего не получалось. Медленно сполз по стволу наземь, закрыл глаза: «Так, нужно успокоиться! Все решаем по мере поступления. Ну, давай же, милая!» – мысленно обратился к памяти. Красочные картинки аварии пробежали перед глазами, и я опять отключился.

«Тревога, тревога!» – опасность шкурой я научился ощущать еще в армии. Очень полезная вещь, кстати. Вернувшееся из отгула сознание послало импульсы в конечности. Встал, все также прижимаясь спиной к дереву. Вокруг было тихо, очень тихо.