(Другая) жизнь Веры

Она чувствовала это, и от этого ей было как-то не очень… Флиртовать с ним у нее не было никакого желания. Слишком неприятный тип. Какой-то скользкий, как дождевой червяк.

Глядя на Веру, он все время как-то неприятно и сладострастно причмокивал. Хотя сплетен Альберт Илларионович и не распространял, но он их знал. Поэтому дальше этих причмокиваний дело не уходило.

Стояли на редкость жаркие летние вечера, и Вера, в очередной раз задержавшись на работе, открыла дверь в свой кабинет, стараясь создать сквозняк в помещении.

Она увлеченно верстала бюджет рекламной кампании и не сразу заметила в дверях кабинета постороннее присутствие. Ковролин коридора позволил подойти ему незамеченным, заглушил его мягкую поступь.

Свердловский стоял в дверях ее кабинета и смотрел на нее. Он хотел понять, что в ней есть такого особенного, чего нет в других. Какой-то секрет, который отличает ее от остальных.

Вера в задумчивости заправила локон за ухо, проведя пальчиками по контуру симпатичной ушной раковины.

Ее жест отозвался в его паху.

«Ну круто, Карл! Тебе что, пятнадцать?!

Да, похоже на то. Не мог пройти мимо открытой двери, не мог удержаться, чтобы еще раз не взглянуть на нее, чтобы еще раз не удостовериться в ее действии на тебя.

И что? Убедился? А как же. Еще как!

И вот ты стоишь, как дурак, в дверях ее фирменного кабинета и пялишься на нее, как пацан желторотый. А чего стоишь? Чего пялишься? Что сейчас ей скажешь? Зачем пришел? Может, уйти, пока не заметила?»

Неприлично сексуальный аромат, густой от пачули, наполнил небольшое помещение.

Она вздрогнула и, подняв огромные глаза, уставилась на него.

«Поздно отступать».

На нем белоснежная, тонкого шелка сорочка, слегка расслабленный галстук и явно сшитый на заказ легкий костюм. Конечно, истинный Свердловский не опустится никогда до покупки костюма с вешалки в магазине.

Вера как-то испуганно дернулась, потом спросила голосом, резко подскочившим на пару октав:

– Денис Викторович?! – а ее щеки порозовели.

«Да! А ты волнуешь ее. Приятно это сознавать».

Ее губы приоткрылись удивленным бантиком, и он поймал себя на мысли, что хочет закрыть этот бантик хозяйским поцелуем.

Он слегка выгнул бровь:

– Еще на работе? А я вот зашел посмотреть, как Вам оборудовали рабочее место, – прошелся он взглядом по кабинету, а потом опять остановил его на владелице.

«У нее такая сексапильная родинка на щечке. Хочется ее поцеловать… Так. Успокойся, Свердловский.