Знак обратной стороны

При движении от красного к синему ослабевает понятие «битвы» и усиливается понятие «принципа». Таким образом, знак, написанный оранжевым можно перевести как «самурай», а небесно-голубым – «следующий кодексу».

3/3

Они выбрались из полуподвальчика, словно из уютной материнской утробы, прямо в промозглый сырой вечер. Вика не засекла, сколько они в нем просидели. После нескольких безуспешных попыток Роману все-таки удалось ее разговорить, и с того момента время потекло для обоих самым непредсказуемым образом.

Если женщина не ощущала безумного бега часов, смутно отмеряя его сменой музыкальных произведений, звучащих из-под притолоки (где-то пятнадцать-шестнадцать), то для художника каждая секунда отдавалась звоном разбитого хрусталя.

Он то и дело поддакивал, сыпал шутками, делал все, чтобы Виктория продолжала говорить. Любое ее слово, даже самое случайное, мужчина прочно сохранял в памяти. Иначе нельзя. Иначе не получится. Сколько раз он обещал себе больше не вмешиваться? С того самого момента, как увидел сестру, растерянно стоящую на путях, каждая такая встреча приносила Роману одни разочарования.

И ей – этой хрупкой не поклоннице, не фанатке, с короткой стрижкой и самую малость косящими глазами – он ничем помочь не сможет. И все равно художник продолжал спрашивать, а Вика – отвечать.

Зонта не было ни у него, ни у нее. Роман хотел предложить Виктории свой пиджак, но вовремя одернул себя. Не похожа она на любительницу дешевых подкатов. К тому же, как такового дождя не было, лишь мелкая морось.

Самым оптимальным вариантом было вызвать ей такси, и на том расстаться. А потом сесть в следующее, доехать до самого дома и проспать не менее двенадцати часов к ряду.

– Я на остановку, – не дала и рта раскрыть мужчине Вика.

– В это время автобусы переполнены, – предупредил тот.

Будто она сама этого не знала. Уж что-что, а такое явление как городской час-пик было Виктории отлично известно. Два дня через один – график, мало устраивающий женщину, как и дальнее расстояние до работы.

Но только такое расписание она пока могла себе позволить с ее неоконченным средним образованием.

– Ничего. Я привыкла.

– Зато я не привык, что от меня уезжают в зачуханном автобусе, – насупился Роман. – В конце концов, вы и так оплатили ужин.

– Я привыкла платить за себя, – прервала его Виктория.

– У вас ужасные привычки, надо от них отучаться. Никаких маршруток, ясно вам? Сейчас поймаем приличную машину и поедем.