Лантерн. Русские сны и французские тайны тихой деревни

Потребовалось еще некоторое время для оформления заказа и уточнения технических деталей, после чего они сердечно распрощались, чрезвычайно довольные друг другом.

Способности к лицедейству часто выводили Никиту из сложных ситуаций, особенно когда дело касалось женщин. Он разыгрывал комедии или трагедии, в зависимости от требования момента, и мог растопить не только ледяное, но даже каменное сердце. Он удивлял, смешил, брал за живое и почти всегда добивался своего. Находил подход к усталым теткам в учреждениях и к напористым бизнесменшам на переговорах.

Случались, конечно, проколы, когда объект манипуляций выходил из себя или поднимал его на смех, но Никита о таком искренне и безвозвратно забывал. Ольга прекрасно знала все его приемы, но и она всякий раз сдавалась, не в силах противостоять очередному спектаклю. Так было всегда, кроме случая с покупкой старого дома, когда ни шутки, ни серьезные разговоры не сломили ее сопротивления.

Пока Никита совмещал приятное с полезным, разыгрывая лирическую тему перед француженкой, в их московской квартире его жена не находила себе места.

Ольга до сих пор не могла поверить в то, что он уехал. Вызвал такси, взял чемодан, поцеловал ее, как ни в чем не бывало, и вышел за дверь.

«Я все сделала своими руками, – с горечью думала она. – Сама предложила поехать во Францию, опять отпустила слоняться одного неизвестно где. Хотя… что-то подобное все равно случилось бы. Раз ему потребовалась такая свобода…»

В голову лезли ужасные мысли.

«А может, он поехал не один? Может, с другой?.

.»

Рациональный ум возражал: «Он же до последнего звал тебя с собой. Нет там никакой женщины».

Следом захлестывало негодование: «Он ни с кем не считается! Использует меня как прислугу! И до сына ему нет никакого дела!»

Затем во всей чудовищной безысходности вставал вопрос: «Что теперь делать?..»

И так по кругу, отнимая силы и убивая надежду: «А вдруг он сейчас не один?.. Эгоист!.. Что же мне делать?..»

Адская воронка затягивала Ольгу все сильнее.

В противоположность жене, Никита находился в прекрасном расположении духа. Пора было браться за дело.

А любое дело, как известно, должно начинаться с плана.

Дорожная сумка по-прежнему валялась у двери в кухню. Он достал из нее планшет и расположился за столом. Лист под названием «Помывочная» заполнили краны, сантехника и эскизы стен для расчета количества керамической плитки. Дважды пришлось ходить на второй этаж, чтобы сделать замеры в ванной.