Лантерн. Русские сны и французские тайны тихой деревни

Пользуясь тем, что хозяйка отвлеклась, предприимчивая Принцесса начала дрейфовать в сторону гамбургера на соседнем столике и беззастенчиво строить глазки пожилому джентльмену.

– Стыдись, Принцесса! Сидеть! – Кажется, в этот раз Сильвия рассердилась всерьез. – Извините, месье! Она такая попрошайка! – Это было сказано по-французски.

– О, ничего страшного. Она очень милая! – ответил мужчина по-английски. – Я люблю животных. В Англии у меня было три собаки и несколько кошек – целый зверинец. Но однажды утром я проснулся и сказал себе: «Джон, на пенсии надо жить там, где много солнца».

И я переехал сюда. Вы давно во Франции, мадам?

Пожилой джентльмен выказывал явное предпочтение красотке Сильвии.

Эмили поглядывала на них и сдержанно улыбалась, поглаживая Тоби.

Никита с восторгом наблюдал за флиртом пенсионеров. Седовласый ухажер разошелся – смеялся, тормошил собак и панибратски называл новых знакомых девочками.

Никита готов был поспорить, что старина Джон и пожилые английские леди принадлежали к разным социальным слоям.

На родине их пути вряд ли могли пересечься, поэтому снисходительное внимание Эмили и Сильвии льстило простоватому Джону.

Из их разговора стало понятно, что англичанки жили в дорогих пансионах для пожилых людей, которых в здешних местах было довольно много. Раз в месяц дамы встречались, чтобы поболтать. Двусмысленно подмигнув, Джон сообщил Сильвии, что живет в собственном доме недалеко от Каора и в настоящий момент одинок. Дамы переглянулись и тут же попросили счет.

Их кавалер попытался продолжить разговор, однако быстро понял, что упустил инициативу, и вернулся к недопитому бокалу.

Никита закончил обедать, но не перестал исподтишка подглядывать за Джоном. Тот не выглядел расстроенным, хотя пожилые леди демонстративно покинули ресторан, таща на поводках своих упирающихся питомцев. «Интересно, как повела бы себя с Джоном каждая из них в отдельности? – подумал Никита. – Его ухаживания были им явно приятны. Возможно, один на один у него было бы больше шансов.

А может быть, он и не искал шансов. Может, хотел всего лишь поболтать и покрасоваться?»

Никита потягивал терпкое каорское вино и любовался его чернильным цветом. Он не взялся бы дать определение послевкусию. То ли фрукты, то ли пряности – откровенно говоря, он не был тонким ценителем. Просто это вино ему нравилось.

История виноградников в регионе Керси насчитывает более двух тысяч лет, и не всегда их судьба была счастливой.