Лантерн. Наследники

Она, скорее, транслировала окружающим формулу британского стоицизма: «Я не хочу докучать вам своими проблемами, хотя паршивая погода, дурно воспитанные соседи и проклятая инфляция просто невыносимы». Впрочем, сейчас улыбка старика отражала его искреннее отношение к семье Шереметевых – он в самом деле был рад их видеть.

– Хэлло, Эдвард! – Все трое невольно заулыбались в ответ.

Ольга поставила на стол четыре тарелки:

– Садитесь за стол, завтрак готов. Эдвард ты сегодня пьешь чай или кофе?

Старик, только что присевший на тяжелый, добротный стул, вскочил и выхватил чайник из Ольгиных рук.

– Позволь мне! Ты же знаешь, я делаю отличный чай!

По тому, как легко разговор перешел на английский, было очевидно, что, во-первых, иностранные языки в русской семье Шереметевых были в почете, а во-вторых, седой английский джентльмен был не чужим в их французском доме в старинной деревне Лантерн. Еще три года назад Эдвард был здесь полноправным хозяином, а сейчас присматривал за домом то ли на правах управляющего, то ли в качестве доверенного лица, и, кажется, чувствовал себя в новой роли совершенно счастливым.

История злоключений, которые привели Эдварда к такому странному положению, в семье Шереметевых открыто не обсуждалась. Сам старик часто ударялся в воспоминания, но болезненных тем избегал.

Обычно его байки предназначались Ольге. Эдвард обожал жену своего друга Никиты. Он, вероятно, молился бы на нее, если бы не был убежденным атеистом и не восхищался бы про себя весьма приятными мужскому глазу очертаниями ее тела.

– Долгие проводы – лишние слезы! – Никита решительно направился к входной двери. – Эдвард, не забудь поговорить с Диланом насчет ремонта подвала.

– Не волнуйся, все устрою наилучшим образом, – заверил старик. – Дилан мой друг и отличный парень! И, послушай, я никогда ничего не забываю!

Никита украдкой переглянулся с женой – Эдвард действительно обладал деловой хваткой, но из-за травмы головы и последующего инсульта проблемы с памятью у него случались.

Прошлым летом, когда Шереметевы только начинали осваиваться в недавно купленном французском доме, они волею случая оказались в гостях у того самого Дилана. С молодой женой и двумя маленькими детьми он жил в коттедже в окрестностях деревни Лантерн. Коренастый, кудрявый валлиец зарабатывал на жизнь строительством и ремонтом домов. Зарабатывал, надо отметить, недурно.