Лантерн. Наследники

Бармен поздоровался с Алексом, как со старым знакомым – всех жителей деревни он знал в лицо – и слегка поклонился Шарлотте:

– Что вам принести, мадемуазель?

Они заказали две колы со льдом, и некоторое время тянули ее через трубочки, глядя по сторонам.

Молчание нарушил Алекс.

– Большой камин с резьбой есть у наших соседей, месье и мадам Куртепляк.

Шарлотта впилась в него взглядом. Дом с коновязью и старинным камином занимал ее больше, чем хотелось бы Алексу.

– Ты был у соседей? Вы с ними дружите?

– Дружим? Я бы так не сказал.

Но они о-очень забавные старички! Моя мама как-то пригласила их на чай в прошлом году.

– Серьезно? И что?

– Мама много всего приготовила к чаю, но мадам Куртепляк испекла такой вкусный пирог с абрикосами, что все ели только его. А месье Куртепляк оказался весельчаком! Выпил с папой и Эдвардом рюмку водки и начал рассказывать разные истории. Мы ужасно смеялись, а Эдвард ничего не понимал, он же не говорит по-французски. Мама пыталась ему переводить, но ей было трудно делать все сразу…

– После этого ты был у них и видел камин? – перебила его Шарлотта.

– Да, они в ответ пригласили нас в гости. – Алекса все больше удивляла ее настойчивость. – Тебя интересует только камин?

– Нет, конечно. Не только, – не смутившись, ответила девушка. – Мне еще интересно, вы всегда пьете чай с водкой?

Попытка объяснить русские застольные традиции не имела успеха – со скучающим видом Шарлотта гоняла соломинкой льдинки на дне стакана.

Взгляд Алекса невольно скользнул от ее пальцев к запястью, от складки локтя к плечу под футболкой, и далее к надписи «?'est les petites choses». Было глупо ссориться из-за пустяков.

– Да, я видел камин у соседей, – мирно сказал он. – Насколько могу судить, он старинный, но не мраморный, из какого-то простого желто-серого камня.

Шарлотта оторвалась от стакана.

– Это песчаник, скорее всего. Какая на нем резьба? Какое-то конкретное изображение?

Ее голос звучал требовательно.

– Не помню.

– Как ты мог не запомнить рисунок? Ты же художник!

– Я не художник, я дизайнер! – неубедительно огрызнулся Алекс, а сам потер лоб, силясь восстановить в памяти проклятый камин. – Боковые колонны с вертикальными бороздками, простые, без рисунка, а в центре верхней части вырезан… – И тут его осенило. – Я вспомнил! Там вырезан цветок, что-то вроде ромашки, и с двух сторон листочки. Резьба потертая, но очертания сохранились.