Сгорая в пламени моём, не бойся…

Хотя, возможно, Кирилл вовсе так и не думает.

В общем, через полчаса изматывающих внутренних терзаний, я пришла к решению не форсировать события, но и не препятствовать их наступлению. Я буду просто плыть по реке. Будь что будет. А может, Кирилл Смолин, двадцати двух лет от роду – это моя Судьба?

Почему нет?

Тогда я еще не знала, что получу задание на его ликвидацию.

Глава 3

Из-за этих воспоминаний я снова разнервничалась, эффект от принятия ванны исчез, как не бывало. Достав сигареты, вышла на балкон.

Мне так нравится любоваться ночным чернильно – звездным небом, думать о далеких таинственных мирах!

…Это отвлекает. Если бы не вонючий ядовитый дым осенних костров, можно было бы хоть на несколько минут почувствовать себя в другой реальности, где мне не пришлось бы выбирать…

– Опять ты куришь! Сколько раз уже говорить? Кать? – Женя вышел на балкон, негодуя. Он, мягко сказать, не приветствовал мою маленькую, но жутко вредную слабость.

– Захотелось. Не могу уснуть.

 – Я вернулась в комнату, легла на кровать.

– И что, по-другому нельзя? Позови меня, я научу тебя расслабляться. – Он хитро улыбнулся, в зеленоватых глазах мелькнула искорка. Женя снял очки, став похожим без них на парня из рекламы в мужском журнале, такого обманчиво расслабленного, в домашнем свитере, на диване, но с жутко сексуальным лицом и взглядом «иди-ка сюда…»

Я больше не поддаюсь обаянию рекламы.

– Позову, если не усну. Иди, заканчивай дела. Курить не буду. – я снова опустила тяжелые веки.

Женя вздохнул, водрузил себе на нос очки, снова превратившись в скучного бухгалтера, и ушел сводить бесконечные балансы. Через пару часов муж вернется, и, если я не хочу сегодня принимать выражение его чувств ко мне – а я точно не хочу, надо постараться уснуть.

Мой муж – замечательный любовник, нежный и изобретательный, он знает все мои особенности и вполне может сделать счастливой. Вернее, мог. Раньше я обожала наши ночи, но теперь они стали действительно супружеским долгом.

Долги принято отдавать, и я не особенно сопротивлялась, но… Моя душа плакала в такие минуты. И я тоже иногда ревела в подушку. А особенно страшным было, обнимая мужа, представлять на его месте другого… Кирилла. И, хотя мы никогда не были близки, а, скорее всего, уже и не будем, я отчаянно, пусть и стыдясь своего желания, хотела этого.

Почему я должна его убивать?

Почему я вообще в должна убивать, спрашивала я себя и не находила ответа.