Исповедь проститутки

Той Софии больше не было. Вместо неё появилась другая София, жёсткая, циничная, резко повзрослевшая. Новая София имела определённую цель и готова была идти к ней, преодолевая любые трудности и преграды на пути.

Подумать только, и двух недель не прошло, как я вернулась обратно после своего стремительного бегства отсюда. Но мне казалось, что прошла целая жизнь – моя жизнь промчалась мимо, а я осталась на обочине, и теперь пыталась подняться и встать, потирая ушибленные места.

Киев я сейчас тоже видела в ином свете.

Если год назад я ехала сюда, чтобы покорить столицу, то теперь я вернулась, чтобы взять своё и, рано или поздно, занять достойное место под солнцем.

Меня раздирало жуткое любопытство – что произошло в «Игуане» за те две недели, что меня не было. Невыносимо хотелось позвонить Натали и расспросить, был ли Виктор в клубе? Спрашивал ли обо мне? Что вообще говорил?

Но я решила пока ничего не выяснять, ничего не знать. Я вновь подобно Скарлетт из «Унесённых ветром» сказала себе: «Я подумаю об этом потом».

А пока мне надо было устроиться на новом месте. Я и без того колебалась, а если бы я ещё услышала голоса девочек, узнала бы что-то интересующее меня, я бы точно сломалась и оставила свою затею, отказалась от принятого решения. Но этого ни в коем случае нельзя было допустить. Иначе я просто вернулась бы к тому, от чего бежала полмесяца назад. И ничего в моей жизни не изменилось бы.

Поэтому я сама не звонила пока девочкам, и на их звонки не отвечала. Лишь на встревоженное сообщение Натали я отправила ответ, что «всё в порядке, устраиваюсь на новом месте, скоро позвоню».

* * *

Я вышла из автобуса и прошла в зал ожидания, где, по уговору, меня должен был ожидать Михаил Васильевич. Он встал мне навстречу и улыбнулся.

– София, вы обворожительны, – сказал он, пожимая мне руки. – Рад видеть вас. Рад, что вы всё же приняли моё приглашение.

Михаил Васильевич был, как всегда, любезен и элегантен. Костюм, как «с иголочки» сидел безупречно на его слегка полноватом, но подтянутом теле.

Новейшие туфли из мягкой чёрной кожи дополняли и завершали образ английского путешественника. А тонкая полоска усов над самой губой добавляла испанский акцент в его джентльменский облик.

«Ещё бы тросточку в руки, с круглым набалдашником из слоновой кости – и можно было бы подумать, что перед вами представитель мафиозного клана, наркобарон собственной персоной», – пронеслось у меня в голове.

Я поздоровалась и передала ему свою сумку с вещами.