Чертова любовь, или В топку классиков

Я замираю с телефоном на этой воткнутой в небо башне, Муниб первый раз написал о своих чувствах ко мне. Соскучился? Я ощупываю слово языком.

Он что, почувствовал что-то?

Ноэль подходит ближе и показывает мне Монмартр, его направление, я немного щурюсь, ведь очки пока я ношу только на учебе. Ноэль встает очень близко, я решаю отправить ответ Мунибу позже.

* * *

Вечером, вернувшись в кампус, мы устраиваем пикник на траве с сыром и эльзасским рислингом. Устав, я откидываюсь на траву – посмотреть на звезды.

Ноэль ложится рядом. Вино насыщенно вкусное, небо завораживающее, а наши головы с Ноэлем очень близко друг к другу. Условия идеальны для поцелуя. Я чувствую его тепло и завидую девочке из России, которая присоединилась к нашему пикнику: она живет во Франции уже второй год, а впереди еще два года бакалавриата. Ей можно сколько угодно терять время, но не мне. Мне нужно получать все, что только можно, до возвращения в Россию.

Ноэль смотрит на меня, я вижу каждую веснушку на его длинном носу, которым он только недавно так грациозно нюхал свой рислинг.

Наши руки едва касаются пальцами. Неподалеку слышится шептание брата и Олеси, они сидят, а не лежат.

Моего лица совсем не видно в тени брата, а лицо Ноэля освещается фонарями.

Я снова смотрю на небо и чувствую, как палец Ноэля едва подрагивает.

– Ну что, пойдемте спать? – вдруг возвращает нас так некстати брат к реальности.

Я поворачиваю снова лицо к Ноэлю, он делает легкое движение в мою сторону, а потом вдруг резко встает и протягивает мне руку.

– Я буду спать здесь, – смеюсь я и не хочу давать руку.

– Ты замерзнешь, – говорит Ноэль и вдруг затягивает «Ой, мороз, мороз».

Я смеюсь еще громче, но мне жаль, что он не решился меня поцеловать. Его рука очень горячая, он поднимает меня, упираясь двумя ногами крепко в землю, и делает вид, что это очень тяжело.

Я снова смеюсь, поднимаюсь, он совсем близко, но я тут же ухожу.

Мы идем вверх по лестнице Мари Кюри, скрипя половицами.

* * *

– Смотри, кто-то под дверь положил шоколадные яйца! – радостно кричит мне Олеся, она уже готова, а я все еще нежусь в кровати.

Деревянный пол, три кровати неподалеку друг от друга, деревянный потолок, маленькое круглое чердачное окно. Я бы променяла все на свете, чтобы жить в таком общежитии, поскрипывающем историей.

– Сегодня же Пасха, – вдруг осеняет меня, ведь именно поэтому у нас долгие выходные для визита в Париж.

– Счастливой Пасхи, – говорит из коридора Ноэль.