Потерянная страна Лагом

На всё воля вселенной! Надо хотеть этого всей душой, мечтать об этом, подчинить весь порядок действий и жизненный уклад только на появление новой жизни. А в ней такое желание пока не возникало. То есть мысли были, конечно! Она знала не от гадалок, а где-то внутри, что дети появятся! Всему своё время! Вот только лучше на неё не давить! И по привычке, Мария не стала спорить со свекровью, а оставила свои знания при себе. Скорее всего, от толчков матери, Пётр развил в этом направлении бурную деятельность.

Вот на этой почве и начались разлады в семье. Скандалили по разным причинам, но подоплёкой являлась одна и та же тема: она считала, что генеральская семья хочет использовать её в качестве инкубатора, а другая сторона мысленно и вслух, в пылу распрей упрекала Марию в эгоизме! Однажды после едкой перепалки, Пётр не явился домой ночевать. Маша всю ночь меряла шагами периметр квартиры, даже не предполагая, что предпринять. Такого никогда не случалось и что делать в такие моменты, девушка не знала, но к шести утра приняла мудрое решение ещё немного подождать. Звонить родителям негоже, вдруг ложная тревога, а они люди пожилые, переполошатся, того и гляди, до инфаркта недалеко, начнут сердечные капли бочками глотать! А больницы и морги обзванивать не имеет смысла ранее семи утра. И как только рука потянулась к телефону, в замке заскрипел ключ, отодвигая металлические запоры. Пётр появился на пороге помятый, лохматый, привнеся в дом тяжёлый запах перегара и чужих духов. Маша стояла в прихожей и молча наблюдала, как муж снимает пальто, ботики, как покашливает, словно не зная, что сказать и что предпринять дальше. Женщину напряг чужой аромат, но больше всего она подивилась, увидев на ногах мужа, сининькие, весёленькие носки. Такие легкомысленные галантерейные товары она ему никогда не покупала! Всё-таки служит в солидной государственной структуре, а значит носки, галстуки, носовые платки, ремни и прочие атрибуты госслужащего должны соответствовать занимаемой должности. Мария усилием воли подавила злость, раздражение и душераздирающую ревность, она не стала ждать объяснений, просто повернулась со словами:

– Ну, живой, здоровый! И, слава богу! Я на работу.

Прямых доказательств измены у неё не появилось, но причин для раздоров прибавилось. А Пивоваров не оправдывался, ему нечего было сказать. Он тупо напился со старым другом в какой-то забегаловке.