Мой бывший муж. Давай попробуем опять?

Но теперь нашего несовпадения как будто бы и не существовало. Потому что губы Давыдова горячи, и дыхание пахнет греховностью. Мне так хорошо, что все разумные вопросы отпадают сами собой. Зачем он так делает? Почему ворвался в мою жизнь без спроса? К чему это может привести? Будет ли мне больно потом, когда всё кончится?

Его ладони оглаживают мою талию и…

– Маша. Приходи ко мне работать, – произносит он совершенно трезвым тоном, оторвавшись от моих губ. – Мне нужен главный бухгалтер. Деньгами не обижу.

Что?.

Я осоловело хлопаю глазами (один хлопает с трудом) и пытаюсь сопоставить момент нашей почти-что-близости с этим, прямо скажем, внезапным предложением.

Вопрос: как вас благодарили за качественный поцелуй?

Мне вот работу предложили.

Иди это жалость такая со стороны Давыдова? Типа, м-да, Маша, этим делом ты много не заработаешь, иди-ка в бухгалтерию. Там тебя хотя бы накормят.

Короче, пока я обдумываю: оскорбляться или радоваться, бывший муж изучает спальню, мажет безразличным взглядом по моим фотографиям, по мягким игрушкам (того кривоногого пингвина подарил он сам).

– Я не понимаю…

– Чего тут понимать? Мне нужен первоклассный бухгалтер, а тебе – высокооплачиваемая работа.

– С чего ты взял, что мне нужна работа? – Скрещиваю руки на груди и начинаю раздражаться. – Я не голодаю, могу позволить себе новую одежду. Капли купила аж за пятьсот рублей. Спасибо, у меня всё замечательно.

– Остынь, Сергеенко, – бросает Влад, рушась на не заправленный диван.

А что тут можно сказать?..

«Триста тысяч в год?!» – хочется уточнить мне, но потом я осознаю. В месяц. Жуть какая, это какие махинации нужно проворачивать, чтобы столько платили?! Да мне такие деньги не снились даже! Наша начальница получает гораздо меньше.

Второй вопрос напрашивается сам по себе: торг пойдет в сторону уменьшения? Я скажу: «Давай хотя бы двести», а Давыдов покачает головой: «Шутишь? Пятьдесят, не больше, и это за семидневную рабочую неделю.

– Я не собираюсь с тобой торговаться.

– Триста двадцать, – будничным тоном роняет Влад, на колени к которому уже плюхнулась предательница-Маруська. – А ещё компенсация питания при предоставлении чеков.

– Давыдов, что за акт благотворительности? Какие триста двадцать тысяч? Какое питание?

– Ресторанное, высококачественное.