Демонический отбор. Захомутать и обезвредить

Удивительно, что он вообще оклемался, да еще так быстро!

– У императора Эдварда была невеста? – знатно удивилась я, ведь ничего не слышала о грядущей свадьбе.

Ни слова. Как же так?

Наверное, дело в том, что я никогда не интересовалась обсасыванием косточек, а потому на званых вечерах не слушала про императорские интрижки.

М-м-м, получается, у него погибла невеста, и он устроил отбор новых? Решил забыться в чьих-нибудь теплых объятиях? А как же траур?

Не понимаю. Что-то не складывается.

– Ага, была.

 – Марис чуть сильнее дернула меня за волосы и тут же извинилась, а затем продолжила: – Мы о ней мало знали, но их часто видели вместе. Какая-то знатная особа, не местная, приезжая. Слухи ходили, что они вот-вот обручатся. А потом она скончалась, император аж посерел весь. Тогда-то императрица-мать и решила устроить отбор, чтобы сделать императора счастливым. Только я вам ничего не говорила! – добавила служанка поспешно и закрепила прядь волос шпилькой.

– Конечно же, – кивнула я.

 – Спасибо за честность.

Итак, у нас имеется аж две погибших невесты вместо одной, а ещё правитель-затворник и мать-императрица, помешанная на бракосочетании.

Проще не становится.

***

За обедом я впервые предстала перед остальными невестами. Те посматривали с опаской, разве что палочкой не пытались потыкать как ядовитую змею. Думается, слава об «этой северянке» ходила скверная. Заточение в темнице никому не добавляет шарма.

Мне досталось место с краю, самое дальнее от правителя, который был завален не едой, а документами.

Он вообще от них когда-нибудь отрывается?

По правую руку от него восседала императрица-мать в платье кроваво-красного цвета и рубиновом ожерелье на худой шее. Место слева досталось пухленькой претендентке с такими рыжими волосами, словно на них разлили краску. Сейчас она дышать боялась, чтобы не спугнуть нежданное счастье.

Интересно, а она глотать-то может? А то сидит прямая как палку проглотившая, недвижимая, даже не моргает.

Правителю, впрочем, было откровенно начхать на всех кругом. Нетронутая тарелка с супом стояла в стороне, а твердая мужская рука выводила подпись то на одном указе, то на втором, то на третьем.

Императрица-мать задавала поочередно каждой из нас вопросы. Справлялась о здоровье лордов земель, хвалила наряды, сетовала на прошлый неурожайный год. В общем, развлекала из последних сил.

– Леди Виктория, вы уже освоились во дворце? – улыбнулась она мне.