Демонический отбор. Захомутать и обезвредить

Прочь от ледяного взгляда императора.

Но, как тот самый заяц, я не могла сдвинуться с места, завороженная его холодностью.

Бр-р-р.

Ужин прошел в привычной для нас обстановке: императрица-мать с неизменными вопросами и похвалами, молчаливый сын, уткнувшийся в документы, и невесты, у которых от напряжения дергался глаз.

– Что ж, вечер подходит к концу, а значит, мой сын должен объявить имя участницы, которая выбывает из смотрин, – ближе к десерту промурлыкала императрица-мать, тотчас испортив всем (кроме меня) настроение.

Что-то мне подсказывало: уж она-то в курсе, кто не справился с правилами этикета. Хотя за столом все вели себя как по учебнику. Ни единого шороха, ложечки ни разу не ударилась о фарфор кружек, локотки были отогнуты как по линейке.

– Выбор крайне тяжелый, – сухо заговорил император Эдвард, нехотя посмотрев в нашу сторону. – Для начала я должен отметить, что хоть и не познакомился с вами ближе, но уверен: каждая – достойнейшая кандидатура на роль супруги и однажды сделает какого-нибудь мужчину невероятно счастливым.

Темноволосая западчанка так и застыла с приоткрытым ртом, а остальные уставились на меня как по команде.

– Ты знала? – спросила Тина, и в её глазах плескался священный ужас.

– Знала что? – не поняла я, наблюдая за тем, как западчанка пытается сохранить равнодушное выражение и не разреветься.

Получалось плохо, а вена на её левом виске очень уж вздулась.

– Знала, что Кирата не пройдет испытание… – уже не спрашивала, а утверждала Тина, а две рыжеволосые невесты переглянулись с опаской.  – Ты сама сказала, что она не понравилась императору.

– Глупости. Послушай…

Меня перебила императрица-мать.

– Леди Кирата, не спешите уезжать, – она положила ладонь на запястье ошеломленной девушке. – На воскресном балу за возможность поухаживать за вами будут биться лучшие столичные аристократы.

– С-спасибо, – треснувшим голосом произнесла та.

– Леди Виктория, не окажете ли вы мне честь прогуляться по саду? – внезапно поинтересовался император, и я почувствовала, как ненавидящие взоры невест въедаются под кожу.

Кажется, завтра меня сожгут во имя справедливости.

– Разумеется, – сглотнула я.

Правитель как-то очень уж неоднозначно ухмыльнулся, а я вновь почувствовала себя кроликом, которого загнали в клетку к голодному волку.