Не та, кого ты искал

– Разве тебя никогда раньше не звали на свидания? – Лулу следовало бы замолчать, но его сарказм больно уколол ее. – Я думала, с твоим-то языком без костей от поклонниц отбоя нет.

– Ты просто лучик солнца, да? – спросил Джеймс.

– Ну что тут сказать. Ты заставляешь меня сиять. – Лулу присовокупила чарующую улыбку к своим словам. – Почему ты выбрал это место?

– Оно напоминает мне о тебе, – сказал Джеймс тихим голосом.

– Обо мне?

Джеймс сделал очередной глоток своего кофе.

– Да, а что тут такого?

– Что именно напоминает тебе тут обо мне? – Его ответ мог перевернуть этот вечер с ног на голову.

Они были на краю неизведанного. Лулу подалась вперед.

Джеймс, видимо, тоже это почувствовал. Он поставил кружку на столик и заговорил так, будто кроме них вокруг никого больше не было:

– Сегодня тут будут исполнять танец живота. Я их еще не видел, но слышал, что танцовщицы высший класс. Лучшие в городе.

– Ты привел меня сюда, когда я позвала тебя на свидание, чтобы посмотреть на танец живота? – переспросила Лулу.

Джеймс добродушно закивал в ответ. Лулу пялилась на него, ожидая, что он сделает еще. Очевидно, больше ничего.

– И ты не понимаешь, насколько это оскорбительно. – Она постаралась сделать глубокий вдох. – На полном серьезе?

– Ну как бы, – он огляделся по сторонам, словно моля о помощи кого-нибудь, – нет, не думаю.

Лулу говорила своим самым спокойным тоном, но это походило на бушующее море под тонкой корочкой льда.

– Ты думал, что это будет свидание, и поэтому привел меня смотреть, как танцуют полуголые женщины? Еще и танец из моей культуры? Потому что это напомнило тебе обо мне?

– Как оказалось, это вовсе даже не свидание, – огрызнулся он.

 – Мне все равно кажется, они тебе понравятся. Все-таки, ну, ты знаешь… – его голос сник.

Лулу едва удержалась, чтобы не выплеснуть остатки своего горячего чая прямо в его красивые, умоляющие глаза. И почему ее всегда влечет к таким скотинам?

– Все-таки – что именно? Все-таки, я арабка? Или, все-таки, это же так весело – запихивать чаевые им в трусы?

Ее раздражало даже не это.

Ей нравилось смотреть на танец живота. Нравился ритм, под который тела двигались под музыку. Когда она была маленькой, эти движения казались ей красивыми и свободными. Но стоило ей вырасти, она поняла, что все эти пояса и колокольчики на теле танцовщиц призваны привлекать внимание не только к движению, но и к телу. Смыслом танца было вовсе не удовольствие самого исполнителя.