Иванова, на пересдачу!

Тьфу, блин!

Овощное рагу по фирменному рецепту подруги – «кидай в кастрюлю всё подряд и перемешивай полтора часа» – обычно таяло во рту. Но сегодня кусок в горло не лез. Я так и не определилась, что испытывать из-за того, что произошло на кафедре.

Нет, было классно. Определенно.

Стыдно ли мне?..

Вроде нет. Неуютно, конечно, но обойдемся без самобичевания. В самом деле, симпатичный мужчина, который понравился мне с первого взгляда. Да, занудный до бесконечности, вылощенный весь, в рубашках своих отглаженных.

Зато такой страстный…

Как общаться-то дальше? Как в глаза ему смотреть?

Почему же всё так сложно?

Я вытащила деньги Кошелева и торжественно вручила ему. Остальным парням позже раздам.

– Что делать-то будем? – Серега спрятал пять тысяч в нагрудный карман. – Брать измором?

– Подловите его в темной подворотне и намекните, что в его интересах помочь студентам, – хихикнула добрая девочка Светка.

– А выучить не хотите? – простонала Иришка. – Лодыри, блин!

Мы с Кошелевым переглянулись и покачали головами.

Ладно, надо переделать курсовик, почитать его (хотя меня клонит в сон уже на третьем абзаце), а потом решить, что делать дальше. Лекции тоже бы не помешало переписать.

Взять профессора измором?..

Хм. Займемся этим.

***

Всю ночь я провела за курсовой работой. Литр растворимого кофе, четыре бутерброда, металл-группа в наушниках. И бесконечный текст, щедро приправленный вычислениями.

В общем, утро подкралось незаметно.

Посмотрелась в зеркало. М-да. Глаза превратились в две узенькие щелочки, в которые не вставлялись линзы. Пришлось напялить очки и стать похожей на девочку-отличницу.

Так, никаких платьев и каблуков. Любимые зауженные джинсы, растянутый свитер, кичка на макушке.

О да, как хорошо!

В путь!

Измайлов нашелся в лектории, где ожидал студентов для сдачи зачета. Класс пустовал, поэтому я прошмыгнула внутрь. Профессор явно напрягся, заметив мою нахальную физиономию.

Мне даже показалось, что он сейчас испепелит меня струей пламени.

– Добрый день!

– Добрый, –  засомневался преподаватель.

Мы помолчали, причем я тупо забыла речь, которую готовила всю дорогу до университета.

– Это… в общем…

– Иванова, то, что случилось вчера, было громадной ошибкой, и подобного не повторится, – пресек Станислав Тимофеевич.