Иванова, на пересдачу!

 – Сама впивайся в губы Измайлова, размахивая грудями. Пиявка, блин.

– Чего ты сразу дуешься? Я просто пытаюсь помочь.

Помощница из неё, конечно, так себе. Стопка любовных романов с полуголыми героями на обложке очень красноречиво намекала на то, какие варианты решения могут родиться в голове Шевченко.

Ничего приличного, короче говоря.

Я бы высказала какую-нибудь колкость, но тут в дверь постучали. Серега Кошелев выждал положенные три секунды, за которые мы, по всей видимости, должны были одеться, и всунулся в щелку.

– Ну что, сдал? – кисло спросила его.

– Да конечно. – Серега втиснулся в комнатушку, осмотрел стол на наличие еды, грустно вздохнул. – Этот чудила на букву «м» после того, как потерся о тебя причиндалами, быстренько свернул экзамен, схватил свой дипломат и куда-то…

– Смотался, – подсказала Иришка, знающая, как Сережа любит вставлять матерные слова по делу и без.

– Угу, именно. Короче, Иванова, во всем ты виновата. Не могла, что ль, спокойно свалить, а не лапать препода за выступающие места?

Он дружелюбно пихнул меня в предплечье, не рассчитав силы, как пихал всех друзей-пацанов.

– Ай! – Кажется, останется синяк. – Нечего меня обвинять. Измайлов сам напросился.

– Ага, он мечтал, чтобы его оседлала госпожа-Иванова.

– Варежку захлопни, – я вернула Кошелеву тычок. – Короче говоря, никто не сдал. Хм. Всего сколько наших осилили экзамен?

– Четверо, что ль.

– Семнадцать человек завалило, – я хищно облизала губы. – Может, дело не в нас, а в Измайлове?

– Что ты задумала? – Кошелев заулыбался.

– Созывай совет неудачников. Будем решать, что делать.

В моей голове медленно, но верно зарождался план. Коварный. Грандиозный. У меня вообще была такая логика: сделаю что угодно, только бы ничего не делать. Прирожденная лентяйка. Горжусь собой!

Иришка, наблюдающая со стороны за тем, как Серега хлопнул в ладоши и ретировался, покачала головой.

– Может, всё-таки попытаешься выучить?

– Ни за что, – фыркнула я. – Мы покажем этому упырю, кто умнее.

– Уж явно не вы, раз не можете с первого раза сдать, – съязвила подружка, но больше не спорила.

За три года она привыкла к тому, что каждая следующая моя идея хуже предыдущей. Чего стоил только мангал на общем балконе общежития, который я соорудила в честь окончания первого курса.