Не было счастья, да несчастье помогло

 – Только не говори, что у тебя нет поклонников! В жизни не поверю, чтобы у такой красавицы не было поклонников.

– Поклонники, это в смысле, мужчины, которым я нравлюсь? – уточнила Веста. – Ну, да. Я нравлюсь мужчинам. Но своего мужчины у меня не было, то есть – нет! – почему-то покраснела она.

Максим насмешливо смотрел на нее.

– Что так? Никак не можешь найти того, единственного? – полюбопытствовал он.

–Что-то такое, – согласилась Веста, чувствуя, как под его взглядом горят щеки. – Черт-те что! По какому праву он меня допрашивает, – сердито подумала она.

– Конечно, такой красавице, как ты, тяжело найти любимого. Небось, от всех нос воротишь? – продолжал рассуждать Максим.

– С чего ты взял? – смутилась Веста. – Просто мое сердце пока свободно. Кажется, так говорят? – мысленно добавила ответ она. Ей захотелось поскорее сменить тему разговора. Она не любила быть в центре внимания.

Звучит многообещающе, – усмехнулся Максим. – Нужно попытаться успеть занять вакантное место в твоем сердце.

Ладно, Вета, – он стал серьезным. – Согласен, созерцание твоей наружности должно вводить мужиков в шоковое состояние. Меня, например, сразу ввело. Но это состояние влечет за собой желание трахнуть тебя, прости за прозу жизни, но никак не убивать. Из этого следует, что ты кому-то мешаешь. Расскажи-ка мне для начала все о себе: кто мама, папа, тетка, подруги?

– Мама умерла, когда мне было восемь лет. Папы у меня не было, – Веста грустно улыбнулась. – То есть он был, конечно, когда-то.

Просто, когда мама забеременела, он ее бросил. Банальная история!

Максим внимательно смотрел на нее.

– Его звали Константином, судя по твоему отчеству? А как звали маму? – он внимательно наблюдал за ней.

– Маму звали Надежда Сергеевна Огарева, – улыбнулась Веста. – Мама была замечательная, добрая, ласковая такая! Я не помню, чтобы она когда-нибудь повышала голос.

– Да? – почему-то заинтересованно переспросил он. – А папа, судя по твоему имени, был болгарин.

По-нят-но, – протянул Максим.

– Что тебя понятно? – рассмеялась Веста. – Ничего тебе не понятно! Слушай, раз уж я у тебя буду жить некоторое время, давай я буду готовить тебе пищу насущную. А то как-то нехорошо получается. Я живу как иждивенка за твой счет. А я так не привыкла. Буду отрабатывать свой хлеб!

– А давай! – весело подхватил Максим ее идею. – Заодно проверю твои кулинарные способности, прежде чем жениться на тебе.

Веста чуть не подавилась.