Летающий мир

И Френк, увидев очень странную парочку Летающих людей, направившись к Келвину, спросил:

– Ты кто?

А Келвин, который еще не умел толком разговаривать в полете, мог только сказать:

– Я – Бумм… Я – Бумм…

И стал падать. Пришлось его подхватить и натурально «тащить» до первого места, где можно было снизиться (Остину, имевшему опыта полетов чуть больше, удалось как-то продержаться). Так Келвин и Остин вошли в группу Вескис. А к Келвину надолго прилипло прозвище «Большой Бум» (или Биг Бум), от которого он почти год отбивался.

Маркиза смеялась вместе со всеми. А Велли добавила:

– Вот видишь, Колокольчик, а ты в первый раз полетела – и почти весь полет вообще летела сама. И такое приключение сразу!

– Да… – протянула Маркиза. – Мороз по коже от этих уэслеров. А вообще, откуда они взялись?

– Об этом, наверно, лучше спросить у Вескис, – сказала Велли. – У нее больше всех опыта. Да, Кис?

– Уэслеры были всегда, – помолчав, тихо сказала Вескис.

«И когда уже не будет Летающих людей, уэслеры останутся в небе», – неожиданно пришло Маркизе в голову.

Странное взаимопонимание сохранялось еще между нею и Вескис после полета: она словно слышала «продолжение» ее речи.

– Уэслеры, – продолжала Вескис, – это как бы тормоза. Они могут останавливать движение, могут останавливать музыку. Даже время замирает, когда проходит мимо них.

– А они живые? – спросила Маркиза.

– Живые, наверно. Это такие кочующие субстанции или сгустки материи… – она посмотрела на Френка и засмеялась:

– Наверно, с точки зрения физики, то, что я говорю – это полная ерунда…

Но Френк не возразил.

Обращаясь к Маркизе, он сказал просто:

– Я могу объяснить, как это с точки зрения физики, но легче тебе от этого не станет. Для нас они смертельно опасны. И от них надо держаться подальше.

Маркиза вспомнила цепенеющее чувство, охватившее ее, когда они проскочили мимо уэслеров: вспученные сизые кручи, давящая масса, неторопливо и значительно поглощающая все звуки вокруг… По сравнению с этой значительностью таким детским и несерьезным казался их полет, их стремление к далекой цели!

«Словно мы мошки, а оно – мухобойка», – подумала Маркиза.

И решила постараться забыть об уэслерах, хотя бы до той поры, когда надо будет возвращаться назад.

Стемнело. На веранде зажгли лампу, на столы поставили свечи.

– Первый тост – за героя дня, Маркизу! – возгласил Трико.

– Ура! – откликнулись все, и вино полилось в высокие бокалы.