Бег сквозь лабиринт

– Погоди, – Азиза тронула её за плечо, – прости, это твоё дело, но если что случится… послушай, прошу тебя, – её лицо покрылось пятнами от слез, и Наташа непонимающе смотрела на подругу, которая так старалась удержать её. – Если что, мой дом всегда открыт для тебя, будь осторожна, хотелось бы верить, что я ошибаюсь, я бы всё отдала за это… Натка, – она обняла подругу и, стиснув её в объятиях, всхлипнула, – не пропадай, звони, у меня нет подруги дороже тебя, ты мне как сестра.

Эти слова растрогали Наташу, и она почувствовала себя не хорошо, понимая, что слишком грубо отстаивала Антона, она не должна была так поступать с Зиской.

– Прости меня, солнышко, я тебя очень люблю, но позволь мне поступать, как я считаю нужным.

Азиза, ничего не ответив, вытерла мокрое лицо и, открыв дверь, поцеловала Наташу.

– Может быть, должно пройти время, чтобы ты поняла, кто из нас прав.

– Всё может быть, – ответила Наташа и нажала на кнопку лифта.

5

Тэлль нехотя уселся на заднее сидение, у него не было никакого желания куда-то ехать, пусть даже на ужин со своим партнёром.

Он сцепил на плотном животе толстые, поросшие густыми волосами, пальцы и задумчиво разглядывал ухоженные ногти и платиновый перстень, подарок сына. Вспомнив о его гибели, он побледнел и почувствовал, как в груди защемило. Поморщился и, сняв очки, вытер покрывшееся капельками пота лицо.

– Аркадий Иосифович, куда едем? – спросил его водитель Арик, бывший его советчиком в небольших тёмных махинациях, а в миру Архимед Константинович Ксандопуло.

Старый грек, но с ещё довольно таки хорошей хваткой. Тэлль всегда мог на него положиться, а иной раз доверял больше, чем как он говорил желторотым юнцам, которые гонятся лишь за лёгкой наживой, словно гиены стоящие у трапезы льва.

– В «Золотое руно», Арик, и заодно позвони Раскину, сообщи, что я жду его на набережной, как договаривались.

Итак, все ниточки сходятся, ухмылялся Тэлль. Журавлёв со своим замом и его строительной конторкой, как он называл компанию «Альянс строй», и его продажный банкир Иванов.

А этот Раскин, молодой, но слишком резвый. Не любил его Аркадий Иосифович, можно сказать опасался. Антон всегда хотел казаться ему другом, но Тэлль спинным мозгом чувствовал, что Раскин метит на его место, а упустить власть в городе он не хотел, слишком долго старый паук плёл паутину.

Он надеялся, что его сын возьмёт на себя бразды правления. Артур погиб или помог кто.