Большое сердце маленького воина

Разве что приезд племянника Генриха, который внезапно потерял отца и теперь прибыл во дворец под опеку правителя.

Мать двенадцатилетний Эдвин потерял ещё при рождении, бедняжка скончалась во время тяжёлых родов. Отец погиб две недели назад на охоте, один на один пытаясь победить разъярённого раненого вепря.

Эдвин глубоко переживал гибель отца. Не выходил из своей комнаты, отказывался есть, ни с кем не разговаривал.

– Моему внуку тоже двенадцать. Они ровесники с твоим племянником. Может, стоит привести Артура во дворец? Вдруг он сможет разговорить Эдвина, – предложил капитан Генриху с сочувственным лицом.

– Давай попробуем. Мальчишки в таком возрасте быстро находят общий язык. К тому же, твой тоже растёт без отца, – согласился Генрих, тревожась за своего подопечного.

Решено было устроить торжественный приём по случаю приезда Эдвина. Артур с дедом оказались в числе первых приглашённых. За столом, уставленным всевозможными яствами, мальчиков посадили рядом.

– Почему ты ничего не ешь? – спросил Артур, хватая с тарелки очередной кусок жареного мяса и запихивая его в рот.

Как не старался Эдгар приучить внука к хорошим манерам, тот сразу обо всём забывал, когда дело касалось еды. Ел он много и неряшливо, роняя куски на одежду и стол. Глотал их, не прожёвывая, и тут же тянулся за следующим. Точно боялся, что от него могут убрать тарелку, и он не успеет насытить свой желудок.

Эдвин покосился на перепачканное соусом лицо Артура и неожиданно улыбнулся.

– О тебе такого не скажешь, – сказал он.

– Да, поесть я люблю, – ответил тот, громко рыгая и запуская пальцы прямо в нежнейший паштет из фазаньей печени.

– И приборы для этого тебе не особо нужны, – ещё шире заулыбался Эдвин.

Сосед вызывал невольное отвращение низким лбом с глубоко спрятанными под ним глазами. Излишне крупным носом над тонкими, перемазанными пищей, губами. Да ещё торчащие подобно лопухам уши, которые не в силах были прикрыть жидкие блеклые волосы…

Но было в нём что-то такое, что притягивало взор Эдвина подобно магниту.

Он испытывал одновременно сразу несколько чувств: жалости, брезгливости, любопытства. Никогда раньше не сталкивался с кем-то, похожим на Артура. Точно встретил экзотического неприрученного зверька.

– Давай сбежим отсюда, – предложил новый странный знакомый, вытирая рукавом праздничной белоснежной рубахи испачканный рот.

– Только возьмём с собой тех булочек. Я их ещё не пробовал.