Большое сердце маленького воина

Не услышать их голоса или смеха… не предать земле.

… – Не пущу… – рыдала Марта, когда пришли за её последним сыном, Бруно.

Его оба старших брата погибли в самом начале войны с королевством Хитрых Лисиц.

Тогда мало, кто вернулся из мужчин в их деревню.

Почти в каждом доме остались безутешные вдовы и сироты. Брошенные старики, лишившиеся последней надежды на добытчика в семье.

Конвоир, призванный сопровождать Бруно в числе прочих до места, легко оттолкнул тощую, измождённую голодом и тяжким трудом, женщину.

Марта отлетела в угол избушки, опрокидывая при этом скамейку, стоявшую вдоль стены. Бруно в приступе неконтролируемой ярости схватился за нож, который точил до прихода незваных гостей. Обычный кухонный нож, который затупился от времени. С острым ножом матери будет легче готовить обед.

… У них давно не осталось никакого хозяйства. Всё забрали воины нового повелителя.

И лишь очаг, по-хозяйски занимавший добрую середину комнаты, напоминал о прежней довоенной жизни, в которой на его огне вечно что-то булькало и шкворчало.

Сейчас на нём готовили редко, больше разводили для тепла в холодные вечера. Но и хворост в лесу приходилось воровать под риском смертной казни. Все богатства леса; будь то дрова или дичь, стали собственностью местных феодалов.

– Убери свои грязные руки от моей матери! – закричал он, в два прыжка оказавшись перед противником, облачённым в железные доспехи.

Доспехи были отличительной чертой всех конвоиров и солдат, присягнувших новому королю.

Изготовление доспехов стоило немалых денег. В связи с этим, по всему королевству был введён дополнительный налог. У мирных жителей отбирали последнее, вынуждая продавать лошадь или корову, чтобы его заплатить. За неуплату грозило заключение под стражу.

– Сынок, не надо, – плакала Марта, пытаясь подняться на ноги.

– Тебе с ним не справиться, его тело покрыто железом. Беги! Не думай обо мне…

Бруно стоял, не двигаясь, направив нож на врага.

– Заклинаю святым Лукой, беги! Спасись хотя бы ты, сынок, вспомни, что стало с братьями… не дай мне потерь теперь и тебя, умоляю, беги!

– Эй, приятель, – послышался голос одного из двух других конвоиров, оставшихся за дверью.

– Чего так долго возишься? Тебе помочь? Парень не хочет отдавать долг нашему королю и отправляться на остров?

Бешено стучало сердце. Бруно казалось, он слышит этот стук.

– Ма, я тебя не брошу, – сказал он, первым прыгая на конвоира.